Пыль, пепел, кровь и песок

Он защищал нашу родину бессчетное количество раз. Его единственная вина заключается в том, что он не смог устоять перед чарами чужеземки.

А вот это уже было интересно. Обвинять Альентэ за поражение при Багряном Бастионе – еще куда ни шло, оно напрямую касалось безопасности границ Римериана и его жителей. Хотя многие бы еще поспорили, было ли поражение поражением или оно стало подвигом, обессмертившим имя полководца, когда Сын Вечности отдал свою жизнь, защищая собой жизни простых солдат из гарнизона Багряного Бастиона.

Но вот вмешиваться во внутрисемейные дела Аскуро до сей поры не позволялось никому.

– Хочу напомнить почтенному приторию, о ком он позволяет себе говорить, – сверкнул глазами Джулиано. – Анаис Каэно является супругой Наследника и нашей царицей, а всем нам известный полководец не проиграл ни одной битвы за Римериан, досточтимые притории! – племянник Батисто Скараменти медленным взглядом обвел представителей Совета. – Ни одной!

– До сего дня, – нехорошо улыбнулся его оппонент, и пошло-поехало.

Приторианцы сцепились не на жизнь, а на смерть, и Сидаль догадался – это вступили в открытый бой две противоборствующие по взглядам партии Эссельса. Однако младшему из Детей Звезд казалось странным другое. То, что притории не сошлись во мнениях, было, как говорили, делом обычным, а вот то, что ни отец, ни братья, как верно подметил Рийон, ни слова не сказали в защиту члена своей семьи, пусть и погибшего, удивляло. Будто единодушно набрав в рот воды, царственные братья и Владыка молча взирали на завязавшийся диспут и не торопились прекращать спор двух приториев.

– Да, Трион идеальный кандидат… – игнорируя очередные ядовитые высказывания мэтра Эскамаса, в полголоса подтвердил Рийон. – Он будет беспрекословно выполнять все, что ему велят, тут отец не ошибся. По части исполнительности и покорности ему нет равных. Вот только из него такой же воин, как из тура – жеребец. Пока брат развернет своего боевого коня, он словит спиной дюжину стрел и пропустит всю битву.

Хотя думать-то как раз за него будут другие. Нет, решительно, грациозно танцевать, охотясь на добычу, отведено гепардам, а валить быков и ломать им хребты – львам. Каждый должен знать свое место и, что еще важнее, оставаться на нем. Но отец не привык отступать от намеченного, и ему нужно соблюсти видимость…

Сидаль еще раз посмотрел на Триона. Властитель Ветра будто в воду глядел.