Белая лилия

– Не забывай, что его собственный брак был тоже мезальянсом по мнению его родственников – вынужденным способом поправить материальное положение сильно обедневшего знатного рода. Думаю, что он до сих пор не может этого пережить, – сказала Кристин Леви.

– Но мне же как-то придется объяснить новым родственникам отсутствие моего отца на торжестве! Мне бы не хотелось, чтобы они подумали, что ими пренебрегают.

– Я уверена, что ты с этим справишься, – спокойно ответила мать и перевела разговор на другую тему. – Ты уже шьешь платье для своей невесты? – спросила она.

– Нет, что ты! – захохотал Пьер. – Эта дурочка сказала, что видеть платье невесты до свадьбы – дурная примета. Так и не смог ее уломать!

– Так у кого же она его шьет?

– Вот это самое интересное. Она шьет его в нашем ателье, у Мари. Но я не знаю, представляешь, я совершенно не знаю, что это будет. Это просто какой-то заговор за моей спиной!

– Какая прелесть! Девочка, видимо, с характером, что хорошо.

– О, да! С ходу организовать заговор против меня в моем же собственном Доме моды, это надо суметь!

– Вы поедете после свадьбы в путешествие?

– Нет, некогда.

Осенняя коллекция на подходе. На недельку съездим на море, вот и все. Лили это понимает.

– В Ниццу?

– Да, скорее всего.

– Там в это время будет хорошо.

– Там всегда хорошо! – мечтательно сказал Пьер.

– Заедете к Жано? Он обидится, если узнает, что ты был рядом и не зашел.

Жан Монти был родным братом его матери. Ветеран войны, пришедший с нее сильно покалеченным, он поражал Пьера своим жизнелюбием.

Он жил неподалеку от Ниццы, руководил работой на семейных виноградниках, был гостеприимным и хлебосольным хозяином, Он был старшим из этой ветви родственников, Пьер его очень любил, в детстве часто и подолгу у него гостил.

– Обязательно, но я надеюсь, что он приедет на свадьбу в Париж. Как думаешь?

– Я сомневаюсь. Он в последнее время много болеет, старые раны… Но ты обязательно пошли ему приглашение.

– Конечно, мама, я не забуду.

***

С будущим тестем Пьер поговорил совершенно открыто, объяснив, что отец его – страшный сноб, презирающий абсолютно всех, кого считает ниже себя в социальной иерархии, и попросил не обращать на это внимания.

– Знаешь, – сказал ему на это Лазар, – мне абсолютно безразлично отношение твоих родителей к нашей семье, пока ты стоишь между ними и Лили. Но учти, что я не позволю никому обижать мою девочку.

Он выразительно посмотрел на Пьера.