Однажды в Берлине

– Рад вас видеть, Катрин, – улыбнулся тот и, встав, кивнул головой в знак приветствия, – Вы не против, если я вас буду звать по имени?

– Ничуть… Ханс?

– Вот и отлично, – он подозвал официантку и заказал себе чашку кофе. Тоже сделала и Катрина. Когда кофе принесли, мужчина улыбнулся. – Хорошо, что вы позвонили.

– А что случилось? – обеспокоенно спросила девушка.

– Через неделю я отбываю на фронт. Мирная жизнь рано или поздно должна была окончиться и для меня.

– Мне жаль, – искренне ответила Шван.

– Не стоит, Катрин. Я, всё-таки не рядовой. Буду при штабе. Так вот… – Миллер залез во внутренний карман и достал оттуда конверт. Только осторожно, – шепнул он. – Там слишком откровенные фотографии.

Шван наугад вытащила одно фото и тут же вернула его на место.

– Ага, – усмехнулся Мюллер. – Я обещал компромат на твоего жениха. Получай.

– Что с меня? – она была уверена, что Ханс что-то попросит взамен.

– Ничего, – покачал головой мужчина. – Мне будет достаточно, если это всплывёт наружу.

– А тебя это не коснётся?

Увидев лукавый взгляд отпивающего кофе, девушка тоже улыбнулась. Теперь в её руках были козыри. Да что говорить?! У неё был джокер! Она сможет избавиться от Келлера. А потом можно будет думать о Ангеле. Её нужно спасать. Она наивно полагает, что Курт – благородный немец. Но она каким-то образом могла чувствовать людей: кому можно верить, а кому – нельзя.

– Жаль, конечно, что ты уезжаешь… – Шван отпила кофе и посмотрела на Ханса. – Просто я подумала, а может тебе нужно прикрытие?

– Прикрытие? – переспросил мужчина.

– У меня есть подруга… Немка. Дочь офицера в отставке. Зовут Лили Штейн.

– И ей тоже нужно прикрытие, – догадался штурмбанфюрер.

Катрин кивнула.

Шван вернулась домой за несколько минут до прихода Келлера. Она помогла накрыть его матери на стол и ушла переодеться к обеду.

За этим занятием и застал её фон Гинсбург. Она поняла, что открылась дверь, и в комнату вошёл мужчина, но не отреагировала. Стоя к нему спиной в одной шёлковой сорочке, девушка выбрала в шкафу блузку и юбку.

– Добрый день, Келлер, – она холодно улыбнулась. Взгляд мужчины скользил по телу. Он облизнулся, но смог взять себя в руки.

– Одевайся и приходи в гостиную.

И вышел. Это дало небольшую передышку. Но ничего! Катрин знала, что скоро она станет свободной. В сумке лежал компромат, после обнародования которого Келлеру не отмыться.