Откровение

Как сейчас! – Мне не было стыдно, что я говорю это, ведь поцелуй был точно такой же, как тот, который Макс подарил мне только что. – Все происходило как наяву.

– Не я… к тебе приходил не я. – Макс говорил медленно, словно ему было тяжело говорить. – Но кое-кто хотел, чтобы ты думала, что это я!

– Что это значит?

Он смотрел на низкую луну. Еще недавно полная, сейчас она кособочила, норовя завалиться налево. Я не понимала его молчания. Я боялась недоговоренностей, пауз между словами.

– Зря я приехал! – Макс поставил меня на песок, быстро пошел мимо лежаков.

– Почему зря? – Мне пришлось за ним бежать. – А как же я?

– Маша! – Макс резко повернулся, на плечи мне легли холодные ладони. – Это были не совсем сны. Тебе их специально показали.

– Специально? – Я пыталась улыбаться. – Но ты сам говорил – вампиры на меня не могут воздействовать, я не поддаюсь вашему гипнозу. Я же Смотритель! Ты забыл?

Макс нахмурился, поджал губы.

– Никакого гипноза не существует. – Макс снова закрыл глаза. – Просто человеку иногда надо немного помочь увидеть то, что он хочет. Ты хотела увидеть меня. И ты меня увидела. Вряд ли ты вообще могла бы во сне увидеть кого-то другого.

Я оглянулась. Такое знакомое место! Зонтики из листьев пальм, далекие крыши бара, море, за вечер подобравшееся к самым лежакам… Но все это вдруг стало далеким и чужим. Мягкий шелест волны превратился в противный скрежет.

– Кто это был? – Я перестала чувствовать себя в безопасности. Такой огромный, такой надежный мир съежился до размера воздушного шарика, готового вот-вот лопнуть.

Макс молчал, его взгляд был прикован к луне. Я заметила, что он как-то странно складывает пальцы – крестом. Закидывает на указательный палец сначала средний, потом безымянный, потом мизинец.

– Кто? – Я пыталась поймать его взгляд, но перед Максом я была, как всегда, бессильна. – Все ведь закончилось! Мы можем быть вместе!

Мы уже пережили самое страшное – нас пытались развести, поссорить, погубить.

С Максом происходило что-то страшное, я видела. Лицо спокойное, взгляд чуть напряжен – но это было внешнее. Он что-то решал для себя. Решал, не собираясь советоваться со мной!

– Макс, я люблю тебя.