Улиткин Дол

Барсук сказал про школу:

– Да, школа сия, культурная ровно настолько, насколько полагает окружающее заторможенное общество. До настоящей культуры здесь далече. На яблочко.

– А почему, скажи? – спросил Яша, подпрыгивая от удовольствия услышать отповедь школе, и впился в яблоко.

– Программа истерически усложняется, а общая грамотность падает, это нормально? А нормально сначала про секс рассказать, когда человек ещё про любовь не слышал?

Яшина юная шея быстро покраснела, но он спросил:

– Ты о чём?

– Я о препарировании русского языка в первом классе, – веско хрустнул яблоком Барсук.

– Ошибаешься, – вставил Яша. – Теперь первоклассник обязан приходить в первый класс уже научившись читать и писать.

– Вот и я про безумие, – согласился Барсук. – И потом: даже по данным Доски тут перебор предметов. В Европе изучают около восьми предметов, а вас травят двадцатью.

– Согласен, а почему?

– Так тебя за одиннадцать лет уже обработают, обточат так, что ты уже не самородок, а один из миллионов таких же одинаковых кирпичиков.

– Ну да, а зачем?

– А ты представь общество из самородков. Все законы придётся переделывать. А власть денег как же? Я имею в виду не сами деньги, а тех, кто тут с помощью них устроил все порядки.

– Ух ты, так мы что, все под контролем? – весело спросил Яша, словно бы продолжалась любимая игра.

– А то! На всю планету растянута некая матрица. Всё чётко определено, кто, что, сколько и о чём должен говорить и думать. Какие бы свободы ни объявляли. Не только в нашей стране – везде.

– Типа тайное правительство?

– Эти тоже под контролем.

– Кто же это такой могущественный? – спросил Яша.

– Не кто, а что. Матрица. Скоро узнаешь поподробнее… Любопытный!

– А её кто на планету натянул? Ну кто, скажи?!

Барсук потянулся так, что хрустнули суставы.

– Вот тебе хороший завет, друг: никогда ни в чём не ищи виноватых. А что если такая матрица – творение всех людей?

– Это мне не сообразить… пока, – Яша увидел, как амбал Толик вперил взгляд в асфальт и, вроде, думает. – Ну, подожди… а гении?

– А вот эти как раз остались самими собою, самородками, – Барсук доел своё яблоко, пошёл выбрасывать огрызок и опять стал поднимать пивные банки около урны.