Красная Тапочка

На шее у Павлика медальон, подарок на день рождения. Вчера на вечеринке он его надел. Если по-простому, то выходит так: в медальке флешка, а в ней схема, способная проложить путь к богатству Голикова, но активизировать это можно только с наступлением совершеннолетия.

– А пока ты её не носи. – Сам факт причастности к какой-то схеме обогащения кажется Тапочке опасной.

Легче всего давать советы со стороны.

– Ты заботливая, Тапочка!

Смог дотянуться если не губами, то взором. Его губы едва скользнули, девушка даже не почувствовала.

– Что же ты хочешь мне сказать?

– Я тебя люблю. Ты будешь ждать меня, когда я вырасту?

Звенела цепочка, на которой висели пустые вешалки, и вся одежда оказалась на полу. Они барахтались наверху одежной кучи. Затем, чересчур поспешно, Тапочка отстранилась.

Слишком он был серьёзен для своих двенадцати.

– У моей мамы тоже есть манто. Его подарил отчим-комик.

– А у меня нет ни отца, ни матери. Я бы и отчиму-комику обрадовалась, – признается Тапочка.

– Поцелуй меня, – попросил мальчишка.

Выдумал себе подарок на день рождения.

– С какой же стати? Ты даже не мой парень, Павлик.

– Но если захочу, то могу им стать!

– Вот ещё затеял забаву! – сердится Тапочка как бы всерьёз.

– Хорошо, тогда я пойду в лес. Туда, где мне запрещают гулять. Ненавижу, когда мне возражают.

Тапочка обхватила его голову и крепко поцеловала. Парнишка всё пытался раздвинуть ей губы языком и никак не хотел отлипать.

– Что ты делаешь? – воскликнула Тапочка.

– Думаю, это был утешительный поцелуй, но после вечеринки мы вернемся к этому вопросу. Пока не буду тебе мешать, – и он удалился, чрезвычайно довольный собой.

Тапочка разжала кулак. На ладони переливалась камнем серьга. И когда это Павлик успел её снять. Он оказался весьма проворным. Вот только силу соизмерять не научился.

От того поцелуя у Тапочки остался синяк на скуле.

Она находилась в полном раздрае. Хорошо, что за всеми разговорами мальчишка успел удрать, а то бы она его сама прикончила.

Весь вечер в лофте гуляли: дети хрупали пиццей, собаки валялись в чипсах. Тут кстати наполнить чашки чаем, но его никто не захотел. Гремела музыка и полно мусору – попкорн, фольга и пакеты, пустые бутылки.

Волк не оставлял Ангелину ни на минуту, словно поставил себе целью бесить Тапочку. И чего эти двое выставлялись?

– Ангелина – его любовница? – спросила Тапочка у Тамары.

– Типа того, – ответила она скрипучим голосом.