Краснознаменный отряд Её Императорского Высочества Великой Княжны Анастасии полка (солдатская сказка)

Э, да у тебя цирроз, сказал себе доктор. Отечность лица, желтые глаза, бледность кожи.

Разве могла микстура помочь его разрушенной циррозом печени?

Коль выпил капли, посчитав, что они на спиртовой основе, потом отвернулся к стене и захрапел. Вот и стало веселее, усмехнулся про себя доктор, у которого сна не осталось ни в одном глазу.

Доктор с неловкостью переносил повышенное внимание горничной к себе, но потом заметил, что к его спутнику Стефания столь же предупредительна. Однажды, выйдя из купе, чтобы в очередной раз навестить устричный вагон с гробом Валерии, Николай Васильевич застал горничную у себя в купе.

Вездесущий Николас заглянул и напомнил, что инженер попросил разбудить его перед станцией. Он схватил его за плечо и принялся тормошить. Чтобы не мешать проводнику, доктор вышел в коридор. Горничная уже поджидала его, от нечего делать она играла с проводками и звоночками.

Замуж выходить ей не хотелось, но она думала о будущем, лучшие парни ушли на фронт, и приходилось брать из того, что осталось.

Продев полотенце сквозь пальцы, она спросила, чем может быть ему полезной.

Доктор поморщился. Еще немного – и она станет трепать его за уши.

На остановке случайно выяснилось, что в лице инженера они имеют дело со значительной персоной. Отправление поезда задержали из-за того, что Генрих Коль долго не мог с кем-то соединиться по телефону. Хотя машинисту это не понравилось, он ничего не мог поделать, и теперь гнал состав на большой скорости.

Инженер признался, что микстура подействовала, по этому случаю они с доктором выпили вишневой наливки, потом шнапса. Спиртное развязало языки.

– Я рад, что вам полегчало. После телефонного звонка у вас испортилось настроение, – заметил Пустовойт.

Генрих Коль признался, что неприятности преследуют его по пятам. Доктор решил, что паранойя – его профессиональное заболевание. Почти на каждой крупной станции инженер бегал к начальнику и давал телеграмму, информируя о своем передвижении и задавая вопросы о состоянии путей.

– Кому какое дело до того, приедете вы в срок или опоздаете? – не мог понять Пустовойт.

– Дело не во мне, а в этих бумагах, они стоят того, чтобы о них позаботиться.

Инженер принялся рассказывать о новом оружии. Его речь звучала бессвязно:

– Оскар Слепович. Опять нужны деньги, которых в казне нет. Вам интересно про ракеты?

– Мне, собственно, это незачем знать, впрочем, не помешает, – ответил доктор.