Легенда Арагона

Видно, нелегко ему пришлось там, откуда он пришёл, ну, да сеньор граф, видно, уже оценил его, заметил. Это хорошо. У непростого парня и судьба должна быть непростой. Пусть ему во всём везёт».

Глава XVII

Хулия Дельгадо вот уже час неподвижно стояла у своего окна, выходящего в сад, и смотрела на свежие розы, окружённые зеленью листьев. Жёлтые, белые, нежно-розовые, ярко-алые, пурпурные, тёмно-бордовые, они, казалось, бросали вызов свинцово-серому небу и гордо смотрели вверх, ожидая появления чистой лазури и золотых живительных лучей.

Наконец, донья Хулия вздохнула, отвернулась от окна, подошла к широкой тумбочке, на которой стояло большое зеркало, открыла один из массивных ящиков и, порывшись в нём, извлекла маленький нож. Потом она накинула на седые волосы свою неизменную шаль из чёрных кружев и пошла было к двери, но вдруг остановилась, вернулась к зеркалу и пристально посмотрела на своё отражение.

По ту сторону зеркального стекла стояла не старуха, а ещё крепкая женщина с прямой спиной и высоко поднятой головой.

– Неужели сейчас? – вслух спросила Хулия у своего отражения. – Разве я больна? Тогда почему? Откуда смертная тоска? Эсперанса? Зовёт Эсперанса?

Она постояла в раздумье, словно прислушиваясь к чему-то, отвернулась от зеркала и медленно вышла из комнаты, забыв притворить за собой дверь.

Служанка, встретившаяся ей в коридоре, с удивлением посмотрела вслед донье Хулии, которая всегда была такой внимательной и аккуратной, а сейчас вдруг не затворила дверь своей комнаты и посмотрела рассеянно, даже не ответив на приветствие…

Спустившись в сад, Хулия Дельгадо достала из глубокого кармана юбки маленький нож и принялась срезать розы, привычно отбирая наиболее подходящие для красивого букета. Шипы кололи ей пальцы, но она всё срезала и срезала нежные цветы, а они лишь одобрительно покачивали благоуханными головками.

И вот она отбросила в сторону нож и встала с колен, прижимая к груди огромный букет.

Две служанки, наблюдавшие за доньей Хулией издалека, тотчас присели за кусты, но через минуту снова поднялись и в изумлении посмотрели вслед сеньоре, которая направилась в сторону… фамильного кладбища…

Хулия шла, улыбаясь. Её душе вдруг стало легко.