Легенда Арагона

А я… был так груб с Хуаной! Сказал, что не откажу в гостеприимстве никому…

– Дон… Эстебан… – растерянно прошептала Хулия.

– Я впустил его, – кусая губы, проговорил граф, – сеньора в чёрном камзоле… И вот неприятности уже начались, но, скорее всего, именно на этом проклятом празднике, завтра, случится какое-то несчастье. Вот чего я боюсь!.. О Боже! Каким страшным было пророчество Безумной Хуаны!

– Повтори её слова, сынок! – взмолилась Хулия. – Вспомни всё, что она говорила!

– Я помню, madre, этого нельзя забыть: если я впущу в замок человека в чёрном, который знатен и сед, но, тем не менее, слуга Дьявола, то замок окажется в руках Сатаны, одна смерть будет следовать за другой, а потом прольётся целая река крови.

– О горе мне, несчастной! – донья Хулия соскользнула со скамьи и упала на колени. – Неужели всё это из-за меня?! Из-за того страшного греха?!

Дон Эрнесто поднял её и твёрдо сказал:

– Это из-за того негодяя, что подверг Вас бесчестью, madre.

– Зачем тебе, сынок? Ведь он будет завтра в числе наших гостей. Приглашений нельзя отменить.

– Пусть! Я твёрдо решил выдержать свою роль. Но я должен знать. Он заплатит, а не мы все!

– Эрнесто, а вдруг Дьявол именно этого и ждёт: той минуты, когда ты захочешь наказать моего обидчика?..

– Madre! – перебил граф. – Прошу Вас, назовите имя!

– Дон Фелисио Мартинес де Ла Аутодефенса…

– Этот?!. Этот старый боров?! – изумлённо выдохнул граф.

– Сейчас, может, и старый боров, а тогда… прямо дикий кабан!

– М-м-м, – промычал граф и рванул застёжку воротника. Потом он посмотрел вокруг так, словно ему не хватало воздуха или было мало места для его ярости.

– Ну, вот что, madre, – решительно сказал он, наконец, – давайте поборемся с Дьяволом! Что нам остаётся делать? Сидеть сложа руки и ждать всяких несчастий я не намерен. Я думаю, что мы с Вами сумеем защитить наших детей.

– Конечно, Эрнесто! Ты правильно говоришь, сынок! – в тон ему ответила донья Хулия.

Глава XVIII

На самом севере Арагона, там, где кончаются южные склоны Пиренеев, в широкой долине простирались владения четырёх замков, хозяева которых издавна жили в мире.