Глупая

Только сейчас обратила внимание на отсутствие перчаток. – Долг перед Тьмой? Мужская потребность? Усыпление бдительности?

И пусть задавала я вопросы со всей серьёзностью, сама при этом думала о том, что нужно срочно заняться рисунками Айко, сравнить, удалось ли другу правильно восстановить узор. Ведь сейчас он очень даже хорошо мне запомнился.

– Джениса, я…

– Ты так и не сказал, что будет потом, когда твоя мама уедет? – перебила его.

– Надеюсь, к тому времени наш дом будет готов. А если нет, то, думаю, мы что-нибудь сообразим, – он сдержанно улыбнулся.

Наш дом… Тот самый, который был подарен неизвестным? И почему я не знала о переезде?

– А Сабиту тоже с собой прихватим? – поинтересовалась, сбрасывая руки со своих плеч. – Или ты ей этот дом оставишь? К слову, почему в таком огромном доме так мало жилых комнат? И если ты собрался переезжать, то зачем тогда на мой кабинет посягал?

Тео сложил руки на груди и слегка прищурился.

– Ты на любую мою фразу находишь не менее трёх возражений или вопросов, – выдал он.

– Это талант! – объяснила я. – А ты вообще всё больше отмалчиваешься!

– Так мы договорились?

– О чём именно? – уточнила я. Ведь обсудили мы многое.

– Ты заселяешься в мои комнаты, – пояснил он.

– Наши, – поправила его. – Тут всё наше. Кроме Сабиты, конечно.

– Да забудь ты уже о ней!

– Не могу. У меня лимит забывания на сегодня кончился, – в подтверждение слов развела руками, чем вызвала шумный выдох мужа. – И вообще, если я забуду о Сабите, то забуду и о том, что ты собирался о ней поведать в обмен на моё согласие.

И выходит, что договор таковым не является, ведь его условия недееспособны ввиду моей забывчивости и потери интереса к информации. На основании вышесказанного я имею все причины подозревать тебя в нечестности, ведь ты попытался заранее исключить исполнение своих обязательств по договору, – закончив, победно взглянула на Тео.

А он… Он просто улыбался, будто я ребёнок, сказавший что-то забавное.

И ни капли раздражения или недовольства. М-да, похоже, папенька слишком хорошо подковал моего мужа.

Но, тьма, зачем? За каким сиянием мудрейший вообще взялся давать советы моему мужу? Это же почти предательство!

Чёрное, белое, чёрное, белое, снова чёрное, опять белое… Всё-таки стоило попросить разбавить цвета ещё каким-нибудь! В глазах уже рябить начало.

Согласившись на предложение Тео, я забыла об одном немаловажном пункте, как время.