Попаданка с огоньком, или Испытание для Тёмного

Похоже, он хитро усилил удар магией, а Двэйн в какой-то миг не успел прикрыться. Но и воздушнику досталось по рёбрам – он сидел на покосившемся столе, держась за бок.

– Ну так что, – выдохнул Двэйн, глядя на него исподлобья, – теперь ты готов меня выслушать?

– Не уверен! – тот покачал головой. – Но пока я отдышусь, можешь говорить.

Бэйв поморщился, ощупывая себя через рубашку. Похоже, с него даже сошёл лёгкий хмель, который придавал злости и силы.

– Мне не нужна Уна в леотах. И она ею точно не станет.

– Тогда зачем ты заявил о своих намерениях в присутствии принца? – Нейтрал нахмурился.

Но и мысли о том, чтобы подровнять Двэйну и противоположную часть лица, похоже, пока не оставил.

– Для отвода глаз, если так можно выразиться. – Тот вздохнул, трогая припухлость на скуле. – Если бы я сказал, что мне нужна только Эйлин, Рошину это явно не понравилось бы. Он и так смотрит на меня волком. И если я возьму в леоты настолько сильную магиссу настолько открыто, он ещё, чего доброго, заподозрит меня в каком-нибудь заговоре.

– А тут якобы неопределённость… – хмыкнул Бэйв, слегка успокоившись.

Двэйн покивал.

– Чуть позже я заявил бы о том, что Уна мне не подходит. А может, вы поженились бы тайно – кто вас знает. Заметь, метку я ей не ставил!

– Я тебе поставлю! – предупредил нейтрал на всякий случай. – Синяк под вторым глазом!

– Не кипятись. Я должен был сказать тебе заранее… Но решил, что так будет эффектнее.

Да, эффект получился даже сильнее, чем он рассчитывал.

Значит, придётся вмешиваться в ритуал инициации. Уж для этого сил у Двэйна хватит.

– Вообще-то ты назвался женихом Эйлин тоже очень неожиданно, – с лёгкой мстительностью припомнил он Бэйву после недолгого молчания. – Но я не стал бить тебе за это лицо.

– Это другое! – Воздушник махнул рукой. – Ты сразу не поверил, что между нами и правда что-то есть. А тут… В общем, от тёмных можно ожидать чего угодно. Но извиняться не буду!

В дверь громко, но не нагло постучали. Двэйн оглядел беспорядок в комнате, но всё равно пригласил гостя войти. Это оказался камердинер его высочества – один из самых приближенных, а потому важных до лёгкой напыщенности.

И если он заметил разруху, то вида не подал.