Невольница дракона

Его голос гулко пронёсся под сводами столовой и даже звякнул на хрустале люстр.

Он остановился, охваченный светом; очерченный светящейся каймой силуэт его показался порождением огня. Иалина перестала вертеть в пальцах десертную ложечку и затаила дыхание, невольно зачарованная этим зрелищем. Любое пламя, даже солнечное, похоже, любило его и тянулось к нему. Странное чувство. Словно до этого она видела ненастоящих драконов, бутафорских, как в бродячем театре. Хоть каждый из тех покровителей, что появлялись в замке, был им.

Но ни один не вселял в сердце такого невообразимого трепета и ужаса одновременно, как Немарр де Коллинверт.

– А кем вы меня считаете? – спросила она тихо, совсем уже остыв от недавно охватившего её гнева. – Куклой, которая безропотно побежит в постель жреца по вашему приказу?

– По договору, – поправил её маркиз, снова поворачиваясь лицом. – По договору, мадемуазель.

Он вернулся и остановился рядом, касаясь кончиками пальцев скатерти рядом с её рукой.

– Какая разница…

Иалина невольно упёрлась взглядом в пуговицы жемчужного цвета камзола, плотно облегающего фигуру мужчины.

После перевела его на чуть смуглое запястье – и показалось вдруг, увидела на нём под рукавом рубашки очертание некого знака. Но маркиз тут же убрал руку и заложил её за спину.

– Большая, – проговорил он без тени насмешки. – Вы не кукла. Вы – спасение. Для всех нас. Наш мир, к сожалению, несётся в пропасть. Мы не хотим войны, но мы хотим вернуть себе память о тех, кем когда-то были.

– Вы верите, что это возможно? – Иалина подняла к нему лицо.

– Я верю. И верят многие из тех, с кем вам доведётся познакомиться на пикнике, который я устрою через несколько дней. Считайте это вашим первым выходом в свет.

– Вы говорите о договоре. Но тогда что меня ждёт, если я выполню его? Кроме того, что останусь жива.

– У вас появится нормальная жизнь, – маркиз посмотрел чуть снисходительно. – Вы сможете выйти замуж и жить дальше так, будто ничего и не было. Даже лучше.

Я обещаю, что обеспечу вам это.

Иалина покачала головой. Не слишком она верила в то, что после того, как перестанет быть нужна маркизу, он озаботится её жизнью. Таким, как он, дела нет до тех, с чьей помощью они всего лишь воплощают собственные планы.

Но пока стоило согласиться с ним, перестать открыто выражать сомнение и недовольство. Нужно успокоиться и попытаться освоиться в этом огромном замке. Среди этих чужих людей, каждый из которых себе на уме.