Стать героем

– Что за такое Репкино, нет тут никакого Репкино, стало быть, сильно ты заблудился, – почесывая бороду, заверил пришельца мужик, – И что, все так в твоем Репкино одеваются?

– Ну, все не все, да только это у вас одежды странные для нашего времени, а не у меня.

– Ты на наши одежды не клевещи, все мы одеваемся, как надо, – было непонятно, раздражается чернобородый, или же просто подшучивает, – А вот ты нет, и что это у тебя за время такое?

– Ну, двадцать первый век, какое ж еще…

– Это от какого момента двадцать первый век?

– Ну, от рождества Христова, – недоуменно отвечал Павел.

– Какого Христова, таких мы тут не знаем, а время сейчас шесть тысяч и шесть лет от Великой победы.

– Блин, что-то я вообще вас не понимаю, – Паша не на шутку испугался, – А телефон у вас тут есть?

–О, пилифун ему нужен, вон какие слова гнет, – тут же вскричал дед Говен, – Звонить он им хочет! Подмогу упыриную призывать собрался!

– Так, поведем мы тебя к волхву Еремею, он тебя и расспросит, а то ты сейчас наплетешь нам с три короба! – сказал мужик, и, развернувшись, пошел в деревню.

Паша почувствовал довольно болезненный тычок в спину, и, чуть не упав, поспешил за чернобородым, не заставляя приглашать себя заново. Процессия во главе с чернобородым и пленником вошла в деревню и двинулась по направлению к дому на отшибе, возле которого стоял какой-то деревянный столб с изображением бородатого старика, вырезанном на нем.

– Ну, чего пришли, кого привели? – спросил вышедший из дому старик.

Выглядел он действительно старым, но держался достойно, не сгорбленный, с мощными руками, одна из которых держала посох. Колыхающаяся длинными прядями седая борода до пояса, и голубые, глубоко посаженные, казалось бы смотрящие в саму твою суть, глаза. Летящие, высоко расположенные брови, и длинные седые волосы, сдерживаемые соломенным плетеным обручем. Все это хоть вроде бы и не выделялось чем-то необычным, в сравнение с иными обитателями здешних мест, но странным образом создавало картину человека, от которого прямо-таки веяло силой и мудростью.

Паше человек не показался враждебно настроенным, хотя опасения его и не думали покидать, потому что вся ситуация ничего хорошего ему не сулила.

– Да вот, незнакомец к нам из лесу вышел, людей видом пугает, кто такой объяснить толком не может, дед Говен за упыря его принял, – ответил все тот же чернобородый, видимо, играющий роль предводителя всего собранного на поимку «упыря» отряда.