Куплю твою жизнь

Он и правда на меня не смотрел.

– Времени мало, скоро вернётся сменщик Ахмата, надо торопиться.

Если Патимат так себя ведёт, значит, понимает – помощи от Ратмира уже точно не стоит ждать. Либо от его «помощи» мне станет только хуже.

Она передаёт одежду, в которой я пришла. Спортивные штаны на мне совсем мокрые и отвратительно пахнут уксусом. А ещё я дико хочу в туалет. Никогда не радовалась так тому, что выпила мало воды.

Кое-как приведя себя в порядок, вышла из ванной комнаты. Патимат уже ждала меня с верхней одеждой в руках.

– Спасибо, Патимат, – смотрю ей в глаза. – Я сюда больше не вернусь.

– У тебя ведь что-то серьёзное случилось? – уводит взгляд в сторону. Подслушала. – Я застала ваш разговор с Ратмиром.

Медленно выдыхаю воздух из лёгких.

– Да. Мою сестру забрали от тётки, и я не знаю, кто это был и почему её забрали. Вообще ничего не знаю. У нас с ней нет родителей. Мама бросила обеих.

Я не откровенничала с ней никогда на эту тему. Жалость – самое последнее, что я хотела обнаружить в глазах собеседника.

На её лице сменяется десяток эмоций, и их череда завершается глубокой печалью.

– Я не понимаю, что произошло, Сера. Ратмир уже приехал домой злым как чёрт. Ещё до разговора с Фатимой он находился в ярости. Не знаю, что случилось с ним. Давно его таким не видела.

Морщусь. Совершенно не хочется ничего знать об этом человеке.

– Плевать. Чтоб он в аду горел. Ненавижу.

Сжимаю челюсть.

– Пойдём, я выведу тебя через другой выход. Сквозь главные ворота тебя не пустят, – дождавшись, когда я оденусь, произносит женщина.

Я и не подозревала, что особняк можно покинуть как-то ещё. Дверь, которую Патимат отворила передо мной, оказалась частью забора. Потайной и абсолютно неприметной.

– Это в целях безопасности, – поясняет.

Хмурюсь.

– Чем занимается семейка Сабуровых, если они так боятся за свои шкуры?

Как ни странно, на её лице нет ожидаемого смущения. Или неловкости. Чувствую, что она о многом в курсе. Но не предаст Ратмира.

– Большие деньги не всем приносят счастье.

Я клюю её напоследок в щёку. Она знает, что Ратмир даст ей взбучку. Но всё же пошла против него.

– Спасибо за всё. Ты мой светлый лучик в тёмном царстве, – нахожу в себе силы на улыбку, хотя кажется, что мышцы на лице атрофировались.

Уже порываюсь уйти, как она останавливает меня.

– Серафима, я уверена, что всё образуется и Ратмир поймёт, что был не прав. И жизнь вернётся на круги своя.

Усмехаюсь.

– Нет, не вернётся.