Я сновидящая

 – Мне-то определить тебя некуда, но есть ключ от Егорова дома, потому как я за хозяйством присматриваю, когда его нет. Пойдёшь? Не забоишься?

Вероника неопределённо кивнула и уже через пару минут вошла в опустевший, оставшийся без хозяина дом. Женщина что-то объясняла ей про удобства, про холодильник и горячую воду, но все эти слова были такими далёкими и ненужными, что девушка их даже не слушала. Оставшись одна, она скрутилась калачиком на старой пружинной кровати и втянула носом исходящий от постельного белья запах – не стирального порошка или мыла, не пота или мужской парфюмерии, а чистый и свежий аромат яблок и мяты.

Это было странно, но размышлять о странностях, как и разглядывать обстановку, у Вероники не было ни сил, ни желания. Вытерев кулаками слёзы, она шмыгнула носом, обняла подушку и крепко заснула. Так крепко, как не спала уже очень и очень давно.

Ей снилось море. Шорох прибоя по мелкой разноцветной гальке. Крик чаек, летающих над пляжем в ожидании случайно оставленного отдыхающими или специально брошенного угощения.

Весёлый визг детворы, удирающей от пенных бурунов. Мама в нелепом леопардовом купальнике, натирающая Витьке спину кремом от загара. Покой и умиротворение…

А потом сон вдруг изменился. Вместо шёпота прибоя – стук дождевых капель по окну. Вместо детского смеха – сердитый женский голос, требующий переписать дом на какого-то Славика. Вместо ласкового солнца – яркий свет в глаза и взволнованное лицо доктора. И храп. Раскатистый мужской храп.

Широко распахнув глаза, Вероника испуганно уставилась в кромешную тьму и прислушалась. Храп доносился откуда-то сбоку, из соседней комнаты. Стараясь не шуметь, девушка тихонько сползла с кровати, прокралась на ощупь к какой-то двери и нашарила на стене кнопку выключателя. Она думала, что это входная дверь, и что свет загорится в той комнате, где она заснула, но лампочка вспыхнула в маленькой спаленке, где на разложенном диване храпел здоровенный бородатый мужик.

Инстинкт самосохранения сработал мгновенно – Вероника опрометью кинулась к другой двери, за которой находилась веранда. Чёрт с ними, с вещами! Главное – удрать раньше, чем этот бугай проснётся. Обувь? Да чёрт с ней, с обувью! Как открывается эта треклятая дверь?!

– Ты чего буянишь? – раздался за спиной сиплый бас, и Вероника инстинктивно швырнула в сторону вопрошающего первое, что подвернулось под руку, продолжая ломиться в закрытую дверь.