Нити судьбы

И, Нэйджел… – она задержала долгий взгляд на лице несостоявшегося супруга. – Спасибо за честность. Её в последнее время вокруг как-то всё меньше и меньше.

* * *

– Потрясающая женщина! – двумя часами позже, подъезжая к каменному мосту торгового тракта, служившему единственной законной переправой между берегами реки Таор, Нэйджел всё ещё продолжал восхищаться тем, как ловко и непринуждённо Мэй поставила на место его отца. – Если бы не наше драгоценное фамильное проклятие, о другой жене я бы и не мечтал!

– Чему ты радуешься, болван? – сердито покосился на него лорд Саржер.

– Я говорил тебе, что этот брак – плохая затея. Лорд Рионский слишком сильно любит свою воспитанницу, чтобы отдавать её нам на растерзание ради защиты своих земель. Сомнительной защиты, к слову сказать. Во всём этом сразу чувствовался какой-то подвох, и об этом я тебе тоже говорил. Твоё желание заполучить наследника для Латернона делает тебя слепым, глухим и лишает остатков разума.

– Но нам нужен наследник!

– Я знаю. И чем больше я об этом слышу, тем меньше мне хочется выполнять долг рода Хараган. Успокойся, отец, пожалуйста. Остановись, дай мне, в конце концов, смириться с неизбежным. Обещаю, что наследник у Латернона будет, просто дай мне немного времени.

– У тебя было целых шесть лет.

– Именно! Целых шесть лет бесконечного брюзжания и напоминаний о том, что я племенной жеребец, от которого только и требуется, что сделать сына.

– Ну так выполни его! Ты будешь жить спокойно, я встречу старость с лёгкой душой, вся Сальсирия вздохнёт с облегчением! Думаешь мне было легко принимать наше фамильное бремя? Думаешь, мне всё это нравится? Просто чем раньше ты это сделаешь, тем легче тебе будет это пережить.

– Ладно, отец, не начинай всё сначала, пока мы опять не поссорились. Давай сделаем передышку, хорошо? Ты отстанешь от меня, скажем… до первого снега, а потом я женюсь на Талин.

– Ты хочешь опозорить наш род, взяв в жёны сумасшедшую прачку?

– Да всем плевать на то, кого я возьму в жёны! Это ты вбил себе в голову, что невеста должна быть непременно благородной крови.

– Это традиция! Честь рода! Какое потом отношение будет к лорду, рождённому больной на голову крестьянкой? Да это позор! Нет-нет, так не пойдёт.