Цена колдовства

В гостиной, где на диване перед телевизором сидел глава семейства, действительно стояли два больших книжных шкафа. Заголовки на корешках толстых книг яснее ясного говорили о содержании коллекции – «Хиромантия», «Основы нумерологии», «Гадание на картах Таро», «Заговоры сибирской целительницы»…

– Пап, привет! Познакомься, это Юля, моя невеста, – громко обратился Саша к отцу, и Юля с трудом оторвала взгляд от книжных полок, немедленно переключив всё своё внимание на морщинистое лицо будущего свёкра.

– Здравствуйте, – кисло улыбнулась она и покраснела, потому что напрочь забыла, как зовут этого усталого и, кажется, равнодушного ко всему мужчину.

Сашкин отец молчал почти минуту, переводя пустой взгляд с сына на гостью, а потом выдавил из себя: «Очень приятно…», на чём, собственно, знакомство и закончилось. Мужчина снова уставился в телевизор, а Юля разочарованно подумала о том, что лучше бы она вообще в этот дом не приходила.

– Он всегда такой, – пояснил Саша, уводя расстроенную невесту в кухню. – Вообще он мировой мужик.

Если сказал, что ему приятно, значит, так и есть. Ну не умеет человек эмоции свои выражать, что ж поделаешь? Это твой папаша чуть ли не всю улицу на радостях шашлыком накормил и на свадьбу нашу пригласил, а мои вот такие. Зато мама, кажется, испекла свои фирменно-офигенные пироги с брусникой. Садись, будем чай пить с вкуснятиной.

Юля присела на табуретку у стола, изо всех сил стараясь не заплакать. Не так она представляла себе этот визит к будущим родственникам. Сашка ведь заранее их предупредил, а впечатление складывалось такое, будто гостям здесь в принципе не рады.

Может, для их семьи это и нормально, но она так не привыкла. Почему-то считала, что родители должны как-то по другому реагировать на новость о том, что их сын женится.

Пирожки действительно выглядели аппетитно и пахли умопомрачительно. Юля вздохнула тяжело и потянулась через стол к блюду с угощением, но тарелка с выпечкой неожиданно перекочевала с накрытой бледно-жёлтой скатертью столешницы в руки невесть откуда появившейся Светланы Борисовны.

– Я не для того всё утро спину гнула, чтобы всякую шваль своей стряпнёй кормить. Пошли вон из моего дома оба! Глаза б мои вас не видели…

Это было уже чересчур. Саша, не ожидавший такого возмутительного поведения, изумлённо вытаращился на мать, а Юля молча вышла на веранду, сунула ноги в туфли и поспешила поскорее убраться подальше от столь гостеприимного дома. Жених догнал её уже возле автобусной остановки.