Тайна замка Вержи

Потом оторвала лоскут от нижней рубашки девочки и протянула ей:

– Плюй! Да как следует!

Но в горле у Николь пересохло. Она не понимала, чего хочет от нее злая старуха, и лишь покачала головой.

– Чтоб тебя! – выругалась та и сама смачно плюнула на тряпку. – Сиди тихо!

Закрепив лампу на полке, Бернадетта протерла кровь вокруг раны, сложила лоскут вдвое и сноровисто перевязала предплечье. На тряпице сразу расплылось бледно-красное пятно.

– Чем ты разозлила маркиза?

Николь покачала головой.

– Не знаю.

– А ты где была?

– Я сидела рядом с ним… на постели. – Старуха хмыкнула, но Николь предпочла не обращать на это внимания. – Он открыл глаза и словно взбесился.

Бернадетта проницательно взглянула на нее.

– Что-то ты недоговариваешь. Мало какой мужчина, обнаружив в своей постели хорошенькую мордашку вроде тебя, схватится за нож.

– За шпагу, – поправила Николь. – Это была шпага.

Она закрыла глаза. У нее не осталось сил, чтобы упрашивать одноглазую ведьму о жалости.

Но вместо того, чтобы сдать добычу в руки маркизу и получить награду, старуха больно ткнула девушку в бедро:

– Поднимайся! Нечего рассиживаться. Если я догадалась, куда ты пойдешь, то и они догадаются.

– Никто не знает об этом укрытии, кроме Мари! – слабо возразила Николь.

– Твоя Мари первая выдаст тебя. Вставай!

– Подожди!

Но Бернадетта уже волокла Николь к двери.

Горничная остановилась и сама схватила ее за руку:

– Что ты делаешь?

– Спасаю твою куриную голову, Николь Огюстен, – проворчала та.

Старуха отошла и зарылась в груду тряпья. Вернулась она, волоча за собой истрепанную рванину, в которой Николь, приглядевшись, узнала охотничий плащ графа, подбитый мехом. Когда-то плащ был роскошен, но время превратило богатую ткань в жалкие обноски, а моль завершила дело, обглодав их со всех сторон.

Бернадетта приоткрыла дверь, высунула нос наружу и принюхалась. «Значит, правду говорят, что она своим острым длинным носом чует не хуже крыс и может с закрытыми глазами отличить одного человека от другого по запаху».

– Ты прошла через часовню? – приглушенно спросила старуха.

Николь кивнула.

– Так я и думала. Если не наследила, они не сразу поймут, куда ты делась. Возьми! – Она всучила Николь плащ.