Угроза № 4

Я отказалась пригласить женщину к себе, несмотря на все её заверения в желании подружиться и приглашение приехать к ней в гости в Грецию в курортный сезон.

В холле я примерила шубу. Она действительно была сшита как на меня, лёгкая и удобная.

– Подождите здесь. Через три минуты принесу деньги.

– И старую шубу не забудьте.

Старая шуба выглядела богаче той, которую я собиралась приобрести. Но мне в ней было не комфортно. К тому же действительно мездра лопнула. Последнее обстоятельство очень разочаровало «греческую» цыганку.

Она, вероятно, надеялась получить изделие не хуже, а даже лучше, чем то, которое собиралась всучить на обмен, плюс прикарманить 35 тысяч. Но сделка всё же состоялась. Знакомые, которым я рассказала о ней, сочли, что с выгодой для меня.

Итак, по моему мнению, угроза номер один – не столько создание новых видов вооружения, сколько совершенствование технологий воздействия на мозг.

На мозг тех, кто принимает решение о применении оружия, летального для всего человечества.

Угроза номер четыре также представляется вполне реальной. Это глобальная пандемия. Болезни забрали куда больше жизней, чем все войны и вооружённые конфликты вместе взятые. Чёрная смерть середины XIV века – эпидемия чумы. Только в Европе она унесла 25 миллионов жизней. В 1918 – 1919 годах от гриппа-испанки погибло 100 миллионов человек. Больше, чем на полях Первой мировой.

Слишком частое и бесконтрольное применение антибиотиков стимулировало бактерии к выработке защитных механизмов.

В наше время этот процесс набирает угрожающие обороты. Антибиотики стремительно теряют свою эффективность. За последние 25 лет не были созданы новые эффективные препараты. И забытые болезни, считающиеся давно побеждёнными, вновь поднимают голову.

Я столкнулась с угрозой номер четыре в возрасте, когда мне едва исполнилось 17. После того, как я сдала на одни отличные оценки вступительные экзамены в столичный вуз, отец решил сделать мне подарок. Он договорился о моём участии в организованной Московским университетом научной экспедиции с посещением всех республик Прибалтики и Белоруссии.

В то время воображение большинства советских людей, мечтающих увидеть Европу, не уносило их за пределы Латвии, Литвы и Эстонии. Так что я искренне радовалась предстоящему путешествию.

Современного человека объявленная цель экспедиции – «научный туризм» привела бы в замешательство. Другое дело – научно-обоснованный прогнозируемый спрос на туристические поездки.