Отбор. Вне конкурса

– Все нарушители получают по заслугам своим, – опять раздался шепоток, от которого толпы ледяных мурашек помчались по моему несчастному позвоночнику сначала в одну сторону, а потом и в другую. – Кара за любой проступок едина. Мням!

И Хареон продемонстрировал острые жвалы, на кончиках которых повисли капельки какой-то вязкой жидкости.

Одна из них упала на пол, зашипела, пузырясь. И я гулко сглотнула, осознав, что, подобно кислоте, она разъедает каменный пол. Ох, даже подумать жутко, что случится, если яд попадет на человека.

– Хареон шутит, – поторопился успокоить меня Ивар. – Ему запрещено причинять вред людям. Он должен остановить нарушителя и удерживать его до тех пор, пока не явится стража.

Я с невольным облегчением перевела дыхание. Ну, это звучит уже не так страшно.

– А кто он? – с любопытством спросила я. – Или вернее будет сказать – что?

– Я прибыл сюда из мира теней, – прошелестел паук. – Это дар Рогатого бога императорскому роду.

Ивар все еще держал руки на моих плечах, поэтому я почувствовала, как он вздрогнул от этого имени.

И я вполне понимала его.

По легенде, Игвар Проклятый был первым императором Олеора. Он заключил сделку с Рогатым богом. Отдал свою душу в обмен на вечное процветание нашей страны. Но прежде я не слышала о том, что во дворце поселилось одно из порождений мира теней.

Впрочем, наверное, оно и правильно.

– Теперь понятно, почему я предостерегал тебя от походов в библиотеку без сопровождения? – сурово спросил Ивар.

– Понятно, – хмуро протянула я и тоскливо вздохнула.

Эх, неужели мой замечательный план по подготовке реферата провалится, так и не начав осуществляться?

– А нельзя попросить императора сделать для меня исключение? – жалобно поинтересовалась я. – Я очень аккуратно обращаюсь с книгами.

И запнулась, услышав неприятный скрежещущий звук. Как будто сотни остро наточенных лезвий одновременно провели по стеклу.

Правда, почти сразу я расслабилась, осознав причину столь душераздирающих звуков. Хареон смеялся. Нет, вы представляете? Паук самым наглым и бесцеремонным образом хихикал, брызгая своей ядовитой слюной в опасной близости от моих ног.