Чернокнижники выбирают блондинок

Покосился на невозмутимого Дрегана и робко уточнил: – Правда ведь?

– Я никого не держу, – спокойно сказал он. – Вы все можете уйти в любой момент. И даже телят своих с собой захватите.

– Телят-то зачем отдаешь? – обиженно взвыла странная тварь, притаившаяся за подкопченной от чар потолочной балке. – Чем нам питаться?

– Папа, это глупо! – Раус внезапно вскочил на ноги и свирепо выдвинул вперед нижнюю челюсть.

О, я очень хорошо знала, что это значит. Пожалуй, в упрямстве моему брату не было равных.

Ну, если не считать меня, конечно же.

И по всему выходило, что мой брат сейчас просто в бешенстве.

– Маг прав, – заявил Раус. – Если Лютик вернется сейчас в деревню, то завтра все повторится. Причем на сей раз ее даже в замок не отправят. Решат, что чернокнижник отказался от дара, поэтому сразу же сожгут.

– Да нет, сынок, глупости какие. – Отец помотал головой. – Яра, конечно, дурная баба. Но не до такой же степени. Авось успокоится за ночь и остынет.

– Угу, как же, – буркнула я, вспомнив, как женщина показала свой раздвоенный язык.

– Вы ее заколдовали? – изумился отец, широко распахнув глаза и уставившись на Дрегана. – Зачем?

– Не понравилась она мне, – буркнул тот. – Как и ее сынок. Впрочем, верно говорят, что от ослицы не родятся единороги.

После столь глубокомысленного замечания в комнате стало тихо. Отец усердно шевелил бровями, видимо, силясь постигнуть смысл столь чудного сравнения.

Только Раус робко улыбнулся, как будто оценил шутку чернокнижника. Впрочем, мой брат всегда любил читать.

– Я считаю, что Лютик должна остаться здесь! – первым нарушил затянувшуюся паузу брат и зло сжал кулаки. Добавил: – По крайней мере, здесь до нее Яра точно не доберется.

– Раус, это немыслимо! – простонал отец, аж раскрасневшись от волнения. – Твоей сестре еще замуж выходить и детишек рожать! А как это сделать, если…

И он пугливо осекся, покосившись на невозмутимого Дрегана.

– Я никого бесчестить не планирую, – с нескрываемой обидой уведомил тот. – Так, на всякий случай сообщаю.

– А я этого и не позволю! – Раус еще выше поднял подбородок и бесстрашно отчеканил, глядя прямо в глаза чернокнижнику: – Я остаюсь с сестрой! Буду жить здесь. И поверь, отец, честь моей сестры будет под надежным присмотром.