Ты не для меня

Доминик больше не смотрит мне в глаза, словно своим вопросом я загнала его в тупик.

– Что не так с этим местом? – продолжаю выпытывать. – Почему Брай не хочет, чтобы я приходила в яхт-клуб?

– Нет, ты можешь приходить, – неуверенно мямлит он, – но только днём.

– И что же такого страшного происходит ночью, Доминик? – у меня не получается сдержать смешок.

Слишком всё это странно и глупо. Закрытый ночной клуб только для членов клуба всё больше и больше меня беспокоит.

– Вы торгуете наркотой? – говорю ему с деланой серьёзностью, но он отрицательно качает головой.

Доминик закашливается в кулак.

– Ты серьезно? Значит, вот, что творится в этой маленькой светлой головке, – подносит руку к моему лицу и скользит пальцем по виску, убирая прядь волос за ухо. – Ты стала ещё красивее, Лив, – с придыханием шепчет.

Он флиртует. Ну или откровенно клеится. И умело переводит тему разговора.

Э, нет… Придвигаюсь к Дому поближе.

– Так я угадала? – восклицаю с воодушевлением и лёгким кокетством. – Что из перечисленного я угадала?

Дом открывает было рот, но резко захлопывает его, потому что с противоположной стороны бассейна кто-то настойчиво выкрикивает моё имя. Прищуриваюсь, вглядываясь в собравшихся. Дана сидит в белом кожаном кресле и машет мне обеими руками.

– Лиииив, иди к нам! Лииив!

Рядом с ней восседает Вивьен. Киллиан стоит сбоку. Его руки скрещены на груди, подбородок опущен вниз, отчего кажется, будто смотрит он исподлобья.

– Ливиии, ты идёшь?! – не унимается Дана.

Я показываю ей указательный палец – дай мне минуту.

Чтобы не смотреть больше на Киллиана, вновь смотрю на своего собеседника.

– Ну так на чем мы остановились? – прикладываю палец к губам, изображая задумчивость. Но я, конечно, помню – яхт-клуб.

– Послушай, Лив, если это всё, что тебя интересует, то почему бы тебе не спросить об этом у Брайана? – Дом устало вздыхает.

Его взгляд делается каким-то отстраненным. Даже лёгкая дымка флирта, повисшая между нами, рассеивается в воздухе. Всем своим расслабленным видом Дом показывает, что ничего мне не скажет, и пытать или умолять его бесполезно.

А мне становится стыдно. Я что, и действительно собиралась вытянуть из него информацию такими нелепыми способами? Правда, чувство раскаяния быстро улетучивается…

– Вот, черт! Уходим! – восклицает Дом неожиданно.