Абсолютное зло

 – Лицо Иры стало строгим, а взгляд суровым: – Скажи честно, тебе нравятся девушки?

Задав такой бесцеремонный вопрос, она без смущения смотрела на меня, будто спросила о погоде, а не о моей сексуальной ориентации.

– Нет! – зазвенел мой голос. Огляделась, не услышал кто из посторонних дикого предположения. – Поверь, мне нравятся парни.

– Ну да, ты ходила на пару свиданий, – махнула она рукой, – но все ограничивалось держанием за руку и поцелуями в щечку.

– Если на первом свидании парню хватает ума лапать меня, – оправдалась, – то это явно не мой тип.

– Несчастного Стаса ты будешь припоминать всю жизнь, – похоже она устала выслушивать эту историю. – А как же Вадим? Он был милым.

– Неправдоподобно милым, – скривилась, будто она снова ударила меня локтем.

– Ты придираешься, – всплеснула руками. – Чтобы определиться с типом парней, что тебе подходят, надо пробовать. Как тебе такой тип? – указала пальцем на Рому. Она все-таки не теряла надежду. – Конечно, ему бы не помешало немного сдержанности, – серьезно рассудила, – а то постоянно пялится на тебя.

Я насмешливо фыркнула, а она глупо захихикала – никто из не верил, что мне подходит такой тип.

Мы одновременно умолкли только, когда из дальнего угла заведения послышался женский возглас, мужские ругательства и звон бьющегося стекла. Головы посетителей разом метнулись в ту сторону, а подруга безрассудно бросилась во взволнованную толпу.

Ира любила кровавые сцены, особенно если сражались за нее, но и просто поглазеть на потных парней ей тоже нравилось. Меня это не привлекало. Нет, я не тряслась от страха при виде разъяренных мужчин, не падала в обморок от вида крови. Я относилась к дракам, как к спорту. Просто кто-то остается любителем и затевает драки в барах, а кто-то становится профессионалом и сражается за титул чемпиона на ринге.

Я смотрела лишь себе под ноги, стараясь ни обо что не споткнуться, чтобы позорно не растянуться на полу, и периодически извинялась перед людьми, которых Ира грубо расталкивала, прокладывая нам дорогу. Когда я опомнилась, мы уже сидели на барной стойке и поверх голов остальных зевак наблюдали за разгоревшейся борьбой.

Силы были явно неравны: первый был и выше, и крепче второго.