Наследник Ярости

– Мальва просила передать, что рада была помочь.

Ирвальд равнодушно пожал плечами. Ярушку так и подмывало спросить, что у него приключилось с этой ведьмой, однако, поразмыслив, решила держать язык за зубами. Она ведь тоже не хотела раскрывать ему свои секреты. Да и любопытство могло обернуться грубостью, как это было с ведьмой.

– Она сказала, что заклинание действует три дня.

– Значит, ты едешь в Хорив.

– Выбор не богат, – улыбнулась Ярушка, – и времени не так уж много.

– Выедешь на рассвете, – сказал Ирвальд.

– Но я потеряю целую ночь!

– Ты едва стоишь на ногах.

– Я сильная!

Ярушка гордо вскинула подбородок и выпрямилась, расправив плечи. Ей уже очень долго приходилось быть сильной. Детство закончилось со смертью родителей, и жизнь потребовала собрать волю в кулак, чтобы не раскиснуть, как мякиш в ковше.

– Выедешь на рассвете, – повторил Ирвальд, не сводя с неё тяжёлого взгляда ярких сапфировых глаз.

Он поднялся с травы и повёл её прочь из поселения ведьм. Они пересекли поле и углубились в лес.

– Что это за плоды? – спросила Ярушка, указывая на дерево с огромными, как лопухи, листьями, среди которых красовались сочные бока фруктов, очень похожих на груши.

– Это коконы.

– То есть, они несъедобны, – разочарованно подытожила Ярушка.

– Морены пожирают их с удовольствием, особенно за пару часов до того, как они начнут лопаться.

– Должно быть, забавное зрелище.

Ирвальд улыбнулся, обнажив клыки. Улыбка вышла странной – искренней и зловещей одновременно. Ярушка поёжилась – не то от вечерней прохлады, не то от прокравшегося в сердце страха. Ведь она полностью в руках этого человека-зверя, которого знает всего лишь полдня, и который посреди всей той жестокости, с которой ей пришлось столкнуться, чувствует себя, как рыба в воде.

– Ты начала меня бояться, – заметил Ирвальд.

– Нет, я просто хочу спать.

– Мы почти пришли.

Деревья расступились, пропуская их на широкую поляну. Посередине было озеро. Свет луны резвился серебряными лодочками по волнам. Трава на берегу была высокой, густой и пахла ночной свежестью.

Ирвальд расстелил плащ на траве и жестом велел Ярушке располагаться. Она благодарно опустилась на мягкую прохладную ткань и вытянула уставшие ноги.