Наследник Ярости

Ярушка не ответила: ей и самой было невдомёк, почему он возится с ней, ведь это такие хлопоты. Проще было оставить её, послав на все четыре стороны.

– У тебя есть имя? – спросила она ведьму.

– Мальва.

– Хорошее имя, – улыбнулась Ярушка, – а я…

– Мне незачем знать твоё, – неожиданно грубо оборвала её Мальва, – я к тебе в подруги не набиваюсь. Сиди и молчи, пока я буду шептать.

Ярушка обиженно замолчала. Возможно, Ирвальд был прав, постоянно сыпля угрозами. Должно быть, по-другому ведьмы не понимали – грубые, лукавые создания.

Но раз Ирвальд позволил им остаться наедине – стало быть, этой грубиянке он доверял.

– Мне нужна твоя кровь, – потребовала Мальва, протягивая ей небольшой нож – три капли на этот лист.

– Ирвальд не велел.

– Иначе не подействует, – белесые глаза Мальвы буравили её насквозь. Ярушка не могла понять, говорит ли она правду или опять хитрит, как та, предыдущая. И почему Ирвальд остался снаружи, когда так нужен здесь?

– Ну же! – ведьма теряла терпение, – мне не стала твоя краса ценой собственной головы.

Девушка, наконец, решилась. Взяла из рук ведьмы нож и легонько уколола палец. Кровь брызнула во все стороны, и на зелёный лист упало намного больше, чем три капли. Ведьма подхватила листочек и закружилась по полу в неистовом танце, неуклюже подпрыгивая и громко клацая зубами. Затем она спрятала добычу за пазухой, подошла к Ярушке и взяла её за подбородок.

– Три дня, – сказал ведьма, – заклинание продержится ровно три дня и ни минутой больше. Так что поторопись, девица. Теперь ступай. И передай княжичу, что я рада была помочь.

– Такие слова обычно говорят в лицо, – заметила Ярушка, – если всё ладно…

– Тебе до того не должно быть никакого дела – фыркнула Мальва и, подхватив грязные юбки, демонстративно исчезла.

– Спасибо, – поблагодарила Ярушка пустоту и поднялась по ступенькам, ведущим к выходу из пещеры.

Ирвальд сидел на траве, уперевшись локтями о согнутые колени, и смотрел в небо. На темнеющем полотне сумерек в шумной драке схлестнулись десятки летучих мышей. Крылатые создания неистово вопили, вгрызаясь друг дружке в крылья и отхватывая на лету кончики ушей.