Последний путь под венец. В костюме голой королевы

Уже в подворотне культурный выпивоха боковым зрением поймал розовый солнечный зайчик, обернулся и при виде замаскированной фигуры в черном недо-верчиво заморгал. А затем рука его сама собой поползла в карман за мобильником.

Я все-таки взяла себя в руки. Точнее говоря, я взяла в руки тряпку и вымыла ею пол в прихожей. Не могу сказать, что сделала это безупречно, но мокрый линолеум заблестел, как лакированный паркет, и это отчасти успокоило мою совесть. По крайней мере, она перестала занудно бубнить: «Развела тут антисанитарию, грязнуля!»

Требования совести продолжить борьбу за чистоту вытиранием пыли я проигнорировала: завтра, завтра, не сегодня! Мне казалось, что на сегодня свой лимит героических деяний я уже исчерпала.

Как бы не так!

Едва я поставила в угол швабру, как в дверь постучали, и я уже почти привычно заняла исходную позицию для развития сюжета вопросом «Кого это черт принес?» – то есть прижалась спиной к стене в прихожей, как киношный омоновец перед штурмом.

– Открывай, Сова, Медведь пришел! – донеслось из-за двери.

– Ирка! – узнав и пароль, и голос, я быстро открыла дверь.

Шагнув через порог, подруга споткнулась о скомканную половую тряпку, неодобрительно пробормотала: «Развела тут антисанитарию, грязнуля!» – и протопала в кухню, к диванчику.

По мокрому линолеуму протянулась двойная цепочка следов. Я сокрушенно посмотрела на них и машинально отметила, что шаги у подруги необычно мелкие, и идет она не прямо, а пошатываясь.

– Ириш! По-моему, ты не там лежишь! – в модном рэповом стиле сказала я.

Ирка, распластавшаяся на диване, открыла один глаз и ответила в том же духе:

– А ты, мать, предлагаешь мне перебраться в кровать?

– Нет, сестрица! Я предлагаю тебе вернуться в больницу!

– Воистину, настоящее гостеприимство – это редкое достоинство, – подруга перешла на более высокий стиль. Она вздохнула, поморщилась и потерла грудь. – Не волнуйся, я в порядке. Меня даже из больницы почти без скандала отпустили.

– Как ты можешь быть в порядке? – не поверила я.

– Из травматического пистолета типа «Оса», – кивнула Ирка. – Что, разве опера тебе не сказали? Они же нашли резиновую пулю… Слушай, а у тебя нет чего-нибудь вкусненького, чтобы снять стресс? Представь, меня хотели кормить жидкой манной кашей!

– Ужас какой! – я открыла холодильник и достала разрисованную иероглифами коробку из «Фудзиямки». – А у меня как раз есть свежие японские пирожные.