Кактус Нострадамуса. Ванна с шампанским.

В трубке воцарилась тишина, только на линии что-то шелестело и поскрипывало – то ли помехи, то ли мозги Сальваторе. Он по опыту знал, что его люди способны на многое, но даже они до сих пор никого не делали покойником дважды.

– Как это – снова? – Сам Сальваторе соответствующий механизм утраты явно не придумал.

Анджело вкратце пересказал ему утренние события.

– Идиоты! – сказал Сальваторе и добавил еще кое-что из непереводимого итальянского фольклора. – Тело найти. Свидетелей убрать. Я пришлю еще людей.

– Да, босс, – ответил Анджело.

Ему действительно все было ясно. Либо он очень быстро вернет тело Карло – либо сам вскоре станет трупом.

– Эй, болваны! – злобно окликнул он бестолковых помощничков. – Обойдите все отели в районе вокзала. Спрашивайте у персонала, ищите пару, которую видели люди, и большой черный чемодан.

– А кого мы видели? – шепотом спросил у Первого Болвана Болван Второй.

Это был интересный вопрос!

Пара, красиво и нагло угнавшая матерчатый гроб на колесиках, состояла из девушки и непонятно кого.

Девушка была высокая, стройная, светловолосая.

Непонятно кто – тоже.

Физиономией и фигурой Непонятно Кто сильно смахивал на киношного красавца Брэда Питта, увеличенного против голливудского эталона раза в полтора.

Однако бабские тряпки с кружавчиками, бритые ноги, браслеты на запястье, мелированная шевелюра и зафиксированный двумя свидетелями факт посещения Непонятно Кем дамской уборной заставляли думать, что данная мужеподобная особа таки тоже женского пола.

– Ищем девку и… и еще девку! – напряженно пошептавшись, постановили болваны.

Вика всегда знала, в чем ее беда: она слишком влюбчивая!

С первого взгляда, жеста, слова… Вике бывало достаточно сущей малости, чтобы оступиться и буквально обрушиться в любовь. А потом она захлебывалась, выныривала, долго гребла к берегу и сидела на нем в неприглядном виде мокрой курицы – до тех пор, пока ее не окрыляло новое чувство.

Постоянное чередование взлетов и падений держало в форме тело, но травмировало душу.

С годами привычка безоглядно падать в любовь сделалась менее травмоопасной, потому что Вика взяла пример с батутистов. Теперь она взлетала даже выше, чем прежде, но приземлялась на мягкое, упругое и без промедления подскакивала вновь, совершая в воздухе все более сложные пируэты.

В роли страховочной сетки выступал законный брак.