Неявная прелесть

Вот бы нам с тётей такой дом! Мы бы ух, развернулись! Никакой заунывной классики и тяжёлых гардин. Только вуали и жалюзи на тех окнах, что на солнечной стороне!

Размечталась, ага. У нас с тётей не было денег не только на подобный дом, даже в глубинке, но и на нормальную стиралку. Наша последнее время постоянно ломалась. Пора было покупать новую. Меня кольнула совесть: как раз на потраченные деньги сейчас деньги можно было бы и приобрести стиральную машинку, но я эгоистично посчитала необходимым потратить их на поездку к Дэну, моему Дэну.

Ничего. Приеду, опять устроюсь официанткой в тот бар, где я подрабатывала почти весь учебный год, а уволилась только перед сессией, и заработаю нам на машинку. Решено!

Почитав немного, я задремала. А когда подошло время обеда, то я решила на него не спускаться. Поем в городе. Лишний раз видеть хозяев мне не хотелось. И слушать про их проблемы. Было такое ощущение постоянно, что я пытаюсь заменить кого-то на его месте, пытаюсь пролезть туда, куда не нужно, слушаю те разговоры, что совсем не для моих ушей предназначены.

Хорошо, что меня никто не беспокоил, и ближе к трём я проскользнула тихонечко в сад. Он был пустой. Я поспешила к калитке, не желая попадаться никому из домочадцев на глаза.

Калитка оказалась заперта. Я начала отпирать её, но кусок металлической защёлки вдруг отскочил от неё, и я увидела, как у меня на пальцах проступила кровь. Защёлка развалилась и порезала мне сразу три пальца.

– Чёрт…

Я залезла в сумку и достала влажные салфетки, и, пока кровь не начала капать на землю, быстро впитала её, зажав рану посильнее другой рукой. Салфетки были бактерицидные, но без спирта. И металлический запах крови ударил мне в ноздри.

– Куда же вас выбросить? – задумалась я, когда порез перестал кровоточить. И тут, возле забора, я увидела то ли дренажную, то ли ещё для чего-то выкопанную ямку. Я осторожно подобралась туда и выкинула испачканные салфетки.

– Привет! – я поцеловала его в щёку и нырнула в прохладное нутро машины. Здесь, на юге Сибири, было по-настоящему жарко.

– Хай, бэйб! Так куда тебя подвезти?

– Давай сначала в аэропорт. Тётя приболела, я вернусь чуть пораньше домой, – ложь с моих губ слетела очень естественно. Я становилась настоящей лгуньей, как это плохо бы ни звучало.