Тридцать четыре ёжки для Кощея. Книга третья. В погоне за женихом

– Зачем? – с усмешкой поинтересовался Драгомир, не клюнув на обман.

Я постаралась сдержаться, но, увы, совсем не преуспела в этом.

– Чтобы подумать! – От досады чуть язык себе не прикусила.

– Серьёзно? – насмешливо пророкотал Драгомир. – Хотел бы я узнать, о чём ты собираешься думать, цветочек.

Он недвусмысленно замолчал, давая понять, что не прочь услышать от меня какое-нибудь разумное объяснение.

Ну, берегись. Сам напросился.

– Чего тут непонятного? Я нервничаю из-за приближающегося ужина с князем.

– Не сомневаюсь, ты, Мирослава, производишь неплохое впечатление на Велимира. – Вроде и голос не повысил, а до мурашек пробрало.

Мои ресницы затрепетали, и я принялась ими махать, как опахалами, бурно демонстрируя восторг.

– Мирослава, вы меня приятно удивляете.

Сваха меня похвалила? Держитесь всё – пурга начнётся среди лета. Неудивительно, что я вся обратилась вслух.

– Я помогу вам собраться, – взмахнула рукой, будто фея волшебной палочкой, моя новоявленная защитница. – Пригласим лучшего учителя танцев, чтобы он подтянул вас. Созовём лучших швей княжества. Кощеи, думаю, не поскупятся. Повторим правила этикета. Вы обязательно будете блистать, дитя. Не сомневайтесь.

Какая забота. На этой торжественной ноте мне захотелось спросить, не перегрелась ли она на солнышке, но Драгомир опередил меня.

– Мадам Ольга, составьте список необходимого и отправьте мне на утверждение.

Старания свахи пропали даром. Не видать ей учителя танцев и швей как своих ушей.

– Подумайте сами, Драгомир Павлович. Мирослава может составить прекрасную партию Его Высочеству, – с занудным энтузиазмом начала сваха, но, не увидев в Кощее отклика, гораздо тише закончила: – Через Борислава я передам вам свои пожелания с рекомендациями.

– Буду ждать.

От резкого и категоричного ответа Драгомира глаза свахи округлились и стали печальными.

– Как себя чувствуешь? Лучше? – неожиданно спросил он у меня.

– Можно и так сказать.

Удаляющийся яростный стук каблучков по дорожке оповестил, что Цветане его интерес к моей скромной персоне пришёлся не по нраву. Без неё моё самочувствие стало намного лучше. Даже слабость пропала. Казалось, даже воздух стал слаще. Драгомир же совершенно спокойно отреагировал на её уход.