Дикий. Прирученный. Твой

Дикий. Прирученный. Твой

Яна Арская

Я, наследница Благородного Дома, должна была укрепить союз между двумя влиятельными семьями. Но планы рухнули, когда оборотни восстали против людей. Я оказалась в захваченном городе с раненным телохранителем на руках, где единственный шанс выжить – принять предложение загадочного альфы. С этого все и началось.

Любовь и ненависть. Рабство и свобода. Только потеряв статус, я смогла понять, что чувствую к защищавшим меня мужчинам…

Дикий. Прирученный. Твой

Автор: Яна Арская

1

Часть первая.

Иелана

Вот и все.

Брак с незнакомцем. Отец сказал, и я послушно склоняю голову, соглашаясь на все. Ведь, в конце концов, для этого меня и родили ? заключить очередной союз между конкурирующими Домами. Средневековье, как оно есть. Правда, с особым вкусом – коньяка и мелованной бумаги «Голден Кинг».

Ирония достигала своего пика, когда я поднимала взгляд и видела сидевшего на противоположной стороне лимузина Маркуса, сосредоточенно следящего за машинами и сопровождавшим нас конвоем из двух мотоциклов.

Мой телохранитель всегда был ответственным. Оборотни иначе не могут.

Выведенные в элитных питомниках, они рождаются и живут с одной мыслью ? защищать хозяина до последнего вздоха. Уж не знаю, что влияло на них сильнее: внедренная в подкорку мозга пси-программа или естественная волчья суть. Верные, безжалостные… Они были идеальными защитниками человечества.

Когда мне покупали Маркуса, папа шутил: «Теперь малютке будет кому трепать нервы, пока я работаю».

А мне нравился сам мальчишка – вихрастый шатен едва ли старше хозяйки, но на целую голову выше, с серьезными серыми глазами и пластиной shock-ошейника на шее. Он стоял возле полноватого заводчика и взволнованно улыбался. Словно только меня и ждал.

– Это величайшая честь. Я потомок Грома Ярого из ветви таежных волков, – отчеканил волчонок заученно.

Кто бы мог предугадать, что подарок на десятилетие, личная живая игрушка и безупречный слуга-защитник станет для меня ближе любого другого существа на земле… и сделает грешницей.

Я без памяти полюбила Маркуса.

Не помню, когда полноценно осознала это чувство, может, где-то между четырнадцатью и пятнадцатью годами,  когда в очередной раз утешалась на его груди после ссоры с родителями.