Музыка вечной любви

Беспорядок в душе, в мыслях, в творчестве и в доме. Он обожал свою работу, его всегда окружало огромное количество людей, но среди такого множества людей он был одинок, хотя и пережил радости трех браков.

Ричард Дармер был кареглазым брюнетом, и он всегда был аккуратно подстрижен. В отличие от Бенджамина Мортона он двадцать лет был женат на одной и той же женщине, а это значит, было кому гонять его в парикмахерскую и следить за порядком в его доме.

Эти два человека из такого переменчивого мира киноискусства дружили огромное количество лет, об их дружбе ходили пословицы.

Все знали, что они никогда не ссорились даже по мелочам, ни во время работы, ни во время отдыха.

Они работали над одними проектами, сняли несколько фильмов и никогда не боролись за пальму первенства. Все их проекты считались совместными, даже если у одного из них был период творческого застоя и дело целиком и полностью вытягивал другой.

Они были мудры, принимали друг друга такими, какие есть, и не требовали друг от друга каких-то глобальных перемен.

И если одного из них преследовали неудачи, то второй был неподалеку и поддерживал, спокойно и серьезно, придумывал новые дела, которые отвлекали и уводили от проблем.

Ричард вышел из дома к бассейну и сел в шезлонг. Противное солнце жарило округу.

– А у тебя что случилось? – спросил он Бенджамина.

Бенджамин Мортон вздохнул:

– Марти.

– О, Бенджи, – сказал Ричард, – отстань уже ты от нее.

– Не могу, ты же знаешь.

– Знаю.

Грустно помолчали.

Бенджамин закурил сигарету и старался курить над пепельницей, чтобы не вылавливать потом пепел по всей джакузи.

– Не хочет сниматься, – пожаловался другу Бенджамин.

– Уже четвертый фильм, Бенджи, – напомнил Ричард.

– Да хоть пятый, у меня же только с ней все получается.

– Да я знаю.

Оба задумались.

Ричард Дармер тоже закурил и подозрительно оглядел сигарету. Такую невкусную сигарету он еще никогда не курил. Вот она, жизнь без Холли, теперь ничто не будет радовать.

– А что у тебя там вода льется? – прислушался Ричард.

– Это я в джакузи лежу.

– А-а.

– А ты где?

Ричард огляделся. Огромная территория особняка выглядела неуютно. Каждая пальма, каждый экзотический куст теперь казались заброшенными, некрасивыми и ненужными. А все из-за того, что Холли ушла. И чего ей не хватало?

– В шезлонге возле бассейна, – рассеянно ответил Ричард.

– Только не топись, ладно? – попросил Бенджамин.

– Ха-ха, ладно, – пообещал Ричард.