Вечная любовь

На растяжках сушились плавки, купальники, полотенца, висели какие-то вещи… Что-то валялось прямо на земле. И над всей этой красотой возвышалась, подобно шатру Барона, огромная армейская палатка.

Скинув рюкзак у входа, Уля нырнула внутрь. На столах, оббитых клеенкой, кучками лежали черепки. Взгляд сразу выхватил характерный орнамент, оттенок глины и то, как сортировали находки. Руки сами потянулись к одной из коробок.

– Простите, а вы кто? – во взгляде девушки смешались удивление, недовольство и любопытство.

– Ой, – спохватилась Уля. – Здравствуйте! Меня Ульяной зовут, я керамист. А где Леша?

– Алексей Степанович на раскопе. Если вы подождете…

– В какой это стороне? – фрагменты керамики манили больше, но сначала следовало доложиться и вступить в должность.

– Там, – махнула рукой девушка.

Уля кивнула. Рюкзак она оставила у палатки, прихватив с собой только воду.

Идти довелось через луг. В высокой траве виднелась тропинка – успели протоптать, добираясь до раскопа и обратно.

Тучка давно исчезла, и теперь солнце снова заливало землю пронзительным светом. Ульяна сняла очки, чтобы лучше различать цвета, но тут же водрузила их обратно на нос – глазам стало больно от яркости красок. Хотелось упасть в траву и лежать, слушая тишину. И заливающегося в вышине жаворонка.

Ульяна подняла голову, пытаясь углядеть пичугу. Но увидела только парящего хищника. Он плыл по широкой дуге, словно облетая маленькое облачко, похожее на крепко взбитую мыльную пену.

– Явилась?

Из ямы вылез мужчина. Далось это ему нелегко – мешал лишний вес.

– Так точно! – отрапортовала Ульяна, стараясь не засмеяться, – слишком уж забавно выглядел руководитель экспедиции.

Невысокий, коренастый. А дополнительные килограммы превращали его просто в кубик на ножках. Помешанный на работе, перед поездками он выбривал голову, так что вид получался тот еще. Подчиненные тут же давали ему «подпольную кличку». Почему-то почти всегда – «Гномик».

– Не схуднул еще? – Ульяна оглядела его красную футболку.

– Хорошего человека должно быть много! – отделался Леша традиционной шуткой и похлопал себя по животу. – Он мне дорог как память!

К середине сезона от этой «памяти» ничего не оставалось. Исчезала одышка, появлялись спрятанные прежде за жирком мышцы. «Гномик» пропадал, превращаясь в стройного, красивого мужчину. Но невысокого. Ульяна постоянно смотрела на него сверху вниз.