Вечная любовь

 – Ну, ты же не веришь в сказки?

– А разве все это, – Шон обвел рукой лагерь, особо отметив навес с находками, – не чудо? Разве каждый раз, когда ты размечаешь место под раскоп – ты не ждешь чего-то… волшебного? Эта женщина… Ульяна… – имя далось ему с трудом, – поверила в магию и прошла по радужному мосту между скал реальности. Результат – та могила. И жертвенный сосуд, о котором мы знаем только из архивов.

– Ты прав! – рассмеялся академик. – Кстати, чашу уже упаковали.

Ульяна потянулась было за своими черепками, надеясь продолжить работу, но вопрос заставил её насторожиться. А ответ так и вовсе забыть, что хотела сделать.

– Жертвоприношение. Я такое уже видел. Там под телом панцирь черепахи с вопросом и ответ богов… Бедняжку отправили умасливать духов. Но… странно. Обычно сохраняются только скелеты. Здесь же – мумия…

Ульяна наконец поняла, что её напрягало в речи Шона.

– Простите, а вы откуда? – решилась она нарушить разговор. И сама испугалась своей смелости.

– Я человек мира! – рассмеялся Шон. – Но в данный момент у меня гражданство Монголии, если вы спрашиваете про это.

Уля вежливо улыбнулась. Не про это! Она спрашивала про национальность, а собеседник так ловко ушел от ответа, что навевало подозрения. Но настаивать не стала. Просто отошла в сторонку и набрала имя в поисковике, ругая себя, что не догадалась раньше.

***

Интернет выдал кучу фотографий. С раскопок, с выставок, с конференций и награждений. И даже из спортзала, где Шон Тагар колотил грушу руками и ногами и позировал с двумя мечами.

– Подлецу – все к лицу, – не сдержалась Ульяна.

Мужчина действительно смотрелся органично в любом наряде: кожаной куртке, джинсах, кимоно или строгом костюме. Он выглядел превосходно даже на случайных снимках, и Ульяна могла только позавидовать такой фотогеничности. Сама она на фотографиях выходила ужасно.

Закрыв неприятные вкладки, Ульяна перешла к тексту.