Рассказы 13. Дорога в никуда

Приходилось ее урезонивать и увещевать: сие ненадолго, не сразу Коллвинд строился. Первые блины всегда комом. Вот дай срок, доберусь до города, а там… Но совесть, как ей и свойственно, не верила в его посулы ни на йоту.

Перед самым городом, когда ныряющая со взгорка на взгорок дорога давно уже слилась с имперским трактом, потянулись по обеим сторонам пашни, харчевни и многочисленные жилые дома, на небольшом взгорке Тычок заприметил длинноволосого тощего парня с лютней. Менестрель, голь перекатная, такой же бродяга, как и он сам.

Свернув с дороги к лютнисту, Тычок по неискоренимой привычке следил за лицом нового собеседника. Приветливость царила на том лучезарном лице, приветливость и благолепие. Вот с такими людьми общаться гораздо приятнее, не правда ли, сударь? Дык несомненно. Однако вслух первым заговорил менестрель:

– А вот и компания, вольный путь да пыль тревог.

– Сырость утр да вечный гнус, – подумав секунду, поддакнул Тычок. Пес его знает, откуда в нем взялась эдакая поэтичность. Перстень, небось, подъял над обыденностью. – Да не оскудеют твои струн… эм-м… песни.

– Клянусь арфой Прекраснейшей! – изумился менестрель. – Вот уж не ожидал такого полета! Не иначе сама судьба одарила меня изысканным собеседником!

Надо было что-то ответить, но у Тычка как-то выветрились нужные слова, и он лишь скромно кивнул, присаживаясь неподалеку.

– Притомились мои ноженьки, – вздохнул он. – Эк ведь пакость какая…

Лютнист сочувственно покивал и устремил беспечный взор в небеса.

– Меня зовут Аллонель, – поведал он. – С кем имею счастье встречи?

– Э… – замялся Тычок. – Аллотык. К твоим услугам.

Ведь если начинаешь новую жизнь, почему бы не начать с достойного имени, как у большинства нормальных людей? Свое имя – если оно было именем, а не ехидной кличкой времен полубеспамятного невольничьего детства – Тычку никогда не нравилось: не он его выбирал, да и вовек бы не слышал.

– Почти тезки, – с улыбкой пропел Аллонель. Он потянулся за лютней, пристроил ее на колене и тихо заиграл легкий, ненавязчивый мотивчик. – Я вижу, тебя что-то тяготит, друг мой. Поведай свою печаль.

– О… – подивился новоявленный Аллотык. – Ты прав, э… мудрый Аллонель. Я долгое время бьюсь над неразрешимым вопросом.

Менестрель обнадеживающе кивнул.