Немного магии

:Малотира (она же железница) – традиционный греческий чай с высоким содержанием железа. Славный парень Фасулаки, мог ведь и чего покрепче предложить.]?

Столовая была закрыта – это я знала совершенно точно, поскольку второй день в Эджине посвятила как раз тому, что знакомилась с расписанием самого важного заведения в университете. После завтрака, обеда и ужина заветные двери немедленно запирались: работникам нужно было убрать со столов и подготовиться к следующему нашествию студентов. В первый день нам с Хемайон повезло повстречать самую жалостливую кухарку, но уже вчера номер не прошел.

Где Фасулаки собрался добыть малотиру в учебные часы?..

Некоторое время впитанные с молоком матери приличия сражались со здоровым интересом растущего организма. Потом в поединок наконец-то включилась логика.

– Полагаю, библиотечный холл для общих занятий подойдёт для обсуждения куда лучше таверны, – отозвалась я после паузы. – Едва ли сейчас в библиотеке много читателей.

А с шумом от небольших групп вполне справятся защитные заклинания, которые студенты-воздушники выплетают в качестве практики.

Фасулаки заметно поскучнел, но тут же с азартным интересом наклонил голову набок, как щенок, увидевший что-то чрезвычайно любопытное. Я насторожилась и замерла – поскольку смотрел он в этот момент на меня, и ничего хорошего я уже не ждала.

– Даже интересно, как долго протянут ваши представления о приличиях в Эджине, – хмыкнул он.

 – Хорошо, пойдёмте в библиотеку.

Я припомнила, в каком виде мы с Хемайон застали миз Вергиди позавчера вечером, и одернула юбку, искренне надеясь, что неопытный мужской взгляд едва ли различит вопиющий беспорядок в моей одежде. Признаваться, что приличия уже попраны, я точно не собиралась.

А мысль о том, что Фасулаки сложно назвать неопытным мужчиной, старательно гнала прочь.

Глава 7. Законы взаимодействия

Библиотека занимала отдельно стоящую башню в стороне ото всех построек.

Здесь, к счастью, обошлось без соломенной кровли (вероятно, в первую очередь потому, что башню было видно из-за крепостных стен), а читальный зал пестрел отнюдь не ожидаемыми объявлениями о тишине и осторожном обращении с книгами.

«Использование магии в библиотеке строжайше запрещено! Все практические занятия проводятся на полигоне под наблюдением наставника!» – гласил огромный плакат на входе.