Пропавшая невеста

«Я все равно тебя найду!» – это обещание и голос преследовали меня в кошмарах. И, кажется, понемногу превращали в параноика. Но даже не они пугали меня больше всего на свете.

Я готова была все это услышать. Но единственная новость, которую я искала и боялась найти – известие о преждевременной кончине леди Кэпринг. Ирен и так сделала больше, чем я заслуживала, чтобы еще и платить за мою жизнь собственной жизнью.

И все же я не оставила надежды и была полна решимости вырвать сестру из лап ее чудовища-мужа.

Я не искала с ней встреч все эти два года, как она и велела. Я не пыталась отправить ей вестник и уж тем более не намеревалась дать ей знать о том, где я обосновалась. И, подозреваю, она так же дрожащими руками брала утреннюю прессу, дабы выяснить, что обо мне ничего не известно. Но все эти два года я искала способ избавить сестру от опостылевшего замужества, снова и снова с ужасом и надеждой открывая утреннюю газету.

Отсутствие новостей – лучше дурных вестей. Неведенье дарит надежду, а надежда – силы прожить очередной день.

– А вот скромничать не стоит! – покачала головой камеристка, вырвав меня из раздумий настолько неожиданно, что я едва не подпрыгнула на месте. Но Роузи этого, кажется, не заметила и продолжила как ни в чем не бывало. – Красота – это благодать, дарованная Единым. И не стоит так пренебрежительно отзываться о его дарах.

– Не смею ослушаться, – рассмеялась я, усаживаясь на лавочку у дамского столика и послушно отдавая себя в руки умелой женщине, которая, по ее же словам, причесывала матушку градоправителя, а со временем и ее невестку.

И только когда первая хозяйка не оправилась от тяжелого недуга и отправилась к престолу Единого – Роузи оказалась никому не нужной. Жена градоправителя сообщила мне на одном из приемов, что терпела служанку только потому, что старуха строго-настрого запретила выставлять за дверь свою камеристку.

Вот так и оказалась Роузи на улице, без будущего и заработка. А так же без мужа и семьи, потому как всю свою жизнь посвятила прислуживанию господам, которые на деле даже благодарными быть не умеют.

– Какие же у вас волосы, – расхваливала меня добрая женщина, быстро сооружая у меня на голове замысловатую прическу.