Пропавшая невеста

Времени и так становилось катастрофически мало. И в душе назревало дурное предчувствие – что-то должно произойти. Под ключицей зудело клеймо-печать – так, словно я провела эту ночь под заблошенным одеялом. И вообще, создавалось впечатление, что небо над головой затягивают черные тучи, и вот-вот грянет гром. А я все еще топчусь на одном месте.

Я закинула на плечо лямку сумки и кивнула сестре, давая понять, что готова ко всему, что мне там приготовили.

– Надеюсь, что ты готова к грядущему! – процедила сестра Тира.

– Если в грядущем мне позволят снять с себя этот колючий мешок, что вы называете платьем послушницы, то я готова бежать к нему, раскинув руки для объятий!

Тира фыркнула, проворчала себе под нос что-то очень далекое от пристойных выражений и молитв и резко развернулась, не озаботившись тем, бреду ли я следом. Действительно, куда мне деться?

Быстрые шаги в темном коридоре казались топотом целого войска. И создавалось впечатление, что войско это гонится за мной. Хотелось ускорить шаг, может, даже побежать, но я сдерживала себя, не сводя взгляда с ровной напряженной спины моей духовной наставницы.

Матушка и прибывший совсем недавно по такому важному поводу святой отец ожидали меня у пустой кельи.

– Амеланис, рада видеть тебя в добром здравии, – бесцветным, лишенным всяких эмоций голосом обронила матушка Карилья. – Надеюсь, ты не станешь закатывать истерик и вести себя неподобающе, позоря эти стены?

– Я готова смиренно встретить свою судьбу! – едва слышно ответила я, склонив голову.

– Хм… Даже так? – не ожидая такого от вечной бунтарки, настоятельница на миг растерялась, измерила меня внимательным взглядом и кивнула на дверь. – Надеюсь, это не пустые слова, дитя!

Я не стала уверять матушку, что помыслы мои чисты, что я готова стать опорой для будущего супруга. Зачем? Слишком уж подозрительно!

Священник осенил меня знаком Единого бога, пробубнил какой-то псалом, да так, что я не смогла разобрать ни единого слова, но послушно повторила за святым отцом: «Да пребудет с нами справедливость, вершимая тобой, Единый!» И только поцеловав перстень на его руке, вошла в совершенно пустую келью.

И тут же за спиной послышались тяжелые быстрые шаги. Я подавила желание обернуться, поспешно спряталась в тени молитвенной комнаты, и дверь за мной захлопнулась.

– Мать-настоятельница, я хотел бы забрать свою будущую супругу! – послышался мужской голос по ту сторону закрытой двери.

Что-то дрогнуло внутри.