Парадокс Соломона

Лопухин был не прав, но затеял тяжбу, довёл дело до сената и государя. Странный он. Не царь, а Лопухин.

К слову, узнала я потом, что Лопухин был плохим хозяином, не умел распоряжаться крепостными доходами, даже просил царя купить у него деревни, чтобы поправить своё положение. Вот так запросто тогда общались, а на царей сейчас гонят.

Странность Ивана Владимировича проявлялась в его болезненной страсти, он любил раздавать милостыню, для чего постоянно занимал деньги у богатых и долго не возвращал. Что приносила ему благотворительность? Действительно ли он сострадал бедным или делал это для себя, чтобы поднять самооценку?

Все вокруг знали об этом – значит, делал доброе дело громко, нескромно.

Увлечение Лопухина осудил даже граф Сперанский, бывший с масоном в переписке по религиозным вопросам. Лопухина обидели слова реформатора: «Делать долги и тягаться о долгах – дело непохвальное…» Обидчивый… Нечего занимать, если не любишь бабки отдавать.

– Если мы встретились, значит, так угодно Богу, – задумчиво продолжил наш разговор Лопухин.

 – Это, может быть, к лучшему…

– Что вы имеете в виду? – меня подкинуло: к лучшему? А не к худшему?

– Я вам расскажу о масонах… – на лице Лопухина появилось самодовольное выражение, и мне стало понятно, что его просто распирало желание поведать свою историю, лет двести молчал. Сказать, что мне фиолетово? Но упускать такой шанс – послушать очевидца – было глупо. С другой стороны, что делать с информацией?

Я представила лицо Свистуна после моих слов, небрежно брошенных на планёрке:

– На этой неделе встречалась с Лопухиным.

Ну с тем, который развивал масонское движение в России ещё при Екатерине. Он вам привет передавал.

Захохочет или молча наберёт скорую?

Лопухин пришёл в состояние нервного возбуждения, предчувствуя, какое впечатление произведёт на меня его речь. Но я не собиралась сейчас его выслушивать.

– Хорошо. Только вечером. Мне надо на работу. Созвонимся… Ах да. Не созвонимся. Давайте в 19:00 на этом месте встретимся.

Я решила потянуть время, покопаться в «мировой помойке» – загуглить о масонах, подготовиться. А вдруг к вечеру всё прояснится, вдруг я очнусь и стану нормальной?

– Да-а, я приду. Такой случай представился – поговорить с потомком, – немного разочарованно протянул Лопухин, невежливо глядя мимо меня. Осваивается у нас, уже плюёт на этикет. Было видно, что он с трудом гасит раздражительность.

– До вечера, – я постаралась быстро уйти. Надеюсь, он не придёт.