Истории на коленке

А выпить кофе, который я не пью почти никогда. И выпила. Было непривычно и невкусно. Уж не знаю, кофе ли тому причиной или просто стечение обстоятельств, но утро было совсем не таким, как обычно.

У турникета выяснилось, что вчера закончился проездной на электричку, а я об этом не вспомнила. Обычно я оплачиваю проезд вечером, чтобы утром не стоять в очереди. Тем более вот так, в понедельник, когда народу особенно много.

У кассы выяснилось, что наличных у меня нет, а именно сегодня у них не работают устройства для безналичного расчета.

У терминала выяснилось, что пользоваться я им не умею, да и сотрудник ЦППК очень вяло ориентируется во всех этих пунктах и подпунктах, предусматривающих безналичный расчет. Затылку пришлось выдерживать сверлящие взгляды опаздывающих на свой рейс пассажиров.

На перроне выяснилось, что на свою удобную электричку, в которой можно занять сидячее место, я… Успела!

Но в электричке выяснилось, что телефон я оставила дома.

Как это обычно случается, в самый неудобный момент, когда мчишься со всех ног, придерживая сумку, пакет, пересекая дорогу с активным движением и пытаясь не врезаться в идущего навстречу пешехода… зазвонил телефон. Так выяснилось, что он лежал у меня в кармане.

У турникета выяснилось, что повторный проход по абонементу возможен только по истечении 40 минут. Но тётенька оказалось доброй (и к тому же забыла, что только что помогала мне разобраться с терминалом), поверила, что проездной размагнитился, а мне надо срочно попасть на приближающийся поезд, и пропустила.

Конечно, пришлось ехать стоя в такой толпе, которая может образоваться только в электричке дальнего следования. Зато на работе выяснилось, что я не только не опоздала, но и вовсе пришла в офис раньше своих коллег.

Ну его на фиг, этот кофе.

Шатун

Есть только один выстрел. А значит, стрелять надо наверняка. Так, чтобы сразу и без вариантов.

Натянув валенки и повесив на плечо старый верный «Ижачок», Аркадий Степанович вынырнул из тёплого сонного полумрака охотничьего сруба в искрящийся бодрящий мороз январского утра. Ступеньки привычно скрипнули, провожая хозяина в дозор.