Лимб

Термин «Лимб» использовался в средневековом богословии и обозначал состояние или место пребывания не попавших в рай душ. Души попадающие сюда не могут покинуть это место по независящим от них обстоятельствам. Многие говорят, что лишь осознав причину, по которой здесь появился, можно выбраться. Незавершённые дела на земле, скорбящие люди, или же вопросы оставшиеся без ответа… То, за что цеплялся перед смертью. Да и… много чего ещё может стать причиной тому, почему душа заблудилась и попала в Лимб.

– Ну ты толкнула! – демонстративно хлопая в ладоши протянул Райт. – А мне так никто не объяснял. Даже Джо-Джо. И уверен – в первый раз тоже.

– И… откуда вся эта информация? Интернет? – едва ли не смеялась я.

Эллисон смерила меня строгим взглядом:

– Фокс рассказал.

– Тот, что умер?

– Он в Лимбе почти сорок лет. И впервые погиб.

– Даже летопись вёл, – добавил Райт. – Чокнутый мужик, но с мозгами!

Так.

– Вы не можете быть душами! – сомнительно улыбаясь, заверила я.

– А ты кто, эксперт, Рыжая?

– Нет. Но душа – это бессмертная субстанция, нематериальная сущность… Знаешь, что такое не-ма-те-ри-аль-на-я? Это значит, толкни я тебя, а рука насквозь пройдёт!

– Я-не-тупой-Ры-жа-я, и слышу те-бя от-ли-чно!

– Ты хоть школу закончил?

Райт сделал затяжку, выпустил изо рта густое облако дыма прямо мне в лицо и уставился придирчивым взглядом:

– Когда я умер, мне как раз двадцать стукнуло, прикинь иронию? А учитывая то, сколько я варюсь во всём этом дерьме, то смело можешь ещё трояк накидывать.

– Ты здесь три года? – как-то само собой вопрос сформировался.

– Три, – помрачнев, отозвался Райт, – только полтора из них ни черта не помню. Сдох случайно. Дважды.

– Ты не мог… эм-м, сдохнуть, – я снова улыбнулась и взглядом весёлого сумасшедшего посмотрела на Эллисон: – Вы считаете себя душами, а души не могут умирать! Души не осязаемы! Их нельзя потрогать, нельзя покалечить, нельзя коснуться, это просто… безликие оболочки! Да о чём я говорю… даже всё это – теория.

– Поэтому мы и не называем себя так, – строго глянула на меня Джоан. – Мы заблудшие.