Вредители

Но створка упорно сопротивлялась и в конце концов оказалась неодолимой. Пришлось её просто прислонить, чтобы было не очень заметно, и только потом протискиваться внутрь.

– Я здесь!? осторожно произнёс он. Но ответа по-прежнему не было.

Перед ним была обширная и довольно запущенная гостиная, оформленная во всё том же старинном стиле, где тут и там проступали европейские веяния. Пахло сыростью. Интерьер, который житель Токио увидит скорее в кино, чем у себя дома: классический высокий пол, яма для жаровни посередине, а на стенах копии гравюр классической эпохи Хокусая.

Но при этом гравюр на стенах очень много, в манере европейских картинных галерей.

И каждая из гравюр изображала убийство.

Кимитакэ, словно завороженный, переводил взгляд со сцены мести сорока двух ронинов к изображению влюблённых, связанных красным поясом, что уже швырнули оземь свои плошки и сейчас бросятся в море с Острова Небесных Сетей ? чтобы потом соскользнуть взглядом на настоятель из дзенской притчи, что разрубил кота прямо на глазах у заспоривших монахов.

Каждая гравюра по отдельности была может быть и не так страшна и обладала своим шармом ? но собранные вместе, они нависали, душили и едва ли не орали в уши, словно изливая на случайного гостя ощущение смерти и разрушения

Школьник уже почти придумал объяснение такой странной избирательности коллекционера, но тут за спиной послышалось.

– Рад тебя видеть, юный незваный гость!

Кимитакэ обернулся.

К доме приближался незнакомый старичок в крестьянском зимнем халате.

Лицо у старичка было морщинистым, как маска из папье маше, а вот в походке ещё сохранилась военная выправка. В правой руке он держал гарпунное ружьё для подводной охоты, а сзади, на саночках, громоздились какие-то косматые туши, обильно политые кровью.

Кимитакэ видел его первый раз в жизни. Но почему-то сразу догадался, что это не тот человек, про которого писали в газете.

Он не знал почему. Но во сне такие догадки вполне обычны.

– Здравствуйте, господин хозяин,? произнёс школьник,? Я хотел заглянуть к вам, но не застал.

Пожалуйста, простите меня.

Кимитакэ заметил, что его голос дрожит. И это было хорошо. Пусть видит, как мне неудобно!

– Всё в порядке,? старик подошёл ближе, поскрипывая саночками, и, спохватившись, изобразил добродушную улыбку,? Я просто отлучился, как видишь. На охотку сходил. Собак бродячих пострелять. Люблю их быть гарпуном, это очень бесшумно.

Только сейчас Кимитакэ понял, что за добыча у хозяина на саночках.