Аэлита. Девушка-птица

Аэлита утвердительно кивнула. – Эти девушки долгие годы учатся плавным движениям, учатся владеть свои телом, своими эмоциями, стараясь стать похожими на птиц.

– А зачем им это надо, матушка? – поинтересовалась Аэлита.

– Видишь ли, милая, наши давние предки были крылатыми людьми, – сказала Церера. – Но они утратили способность летать, когда породнились с бескрылыми людьми и стали служить их богам. Шли годы. Крылатые дети рождались всё реже и реже, пока их совсем не стало… Храм Небесной Гармонии построили для того, чтобы обучать детей забытым законам свободы.

Весной к храму приводят девочек, а осенью – мальчиков. Но, несмотря на то, что учителей в храмах называют хранителями тайн, летать, как птицы никто из них не может. В нашей стране почти никто не умеет летать…

– Почти никто, – Аэлита посмотрела на Цереру с улыбкой. – Матушка, но ведь это значит, что кто-то может. Так?

– Так, – ответила Церера. – Ты очень смышлёная девочка, моя милая. Ты уловила главное: кто-то может летать.

– Кто же это? – глаза Аэлиты заблестели.

Она поднялась с травы и, глядя на мать сверху вниз, спросила: – Кто же это?

– Ты, Аэлита, – ответила Церера.

– Я? – Аэлита замотала головой. – Нет, нет, нет. Я не могу… не умею летать. Нет…

– Да, Аэлита, – Церера поднялась. – У тебя есть крылья, потому что и у меня они тоже есть…

– Но, почему, почему меня не выбрала главная хранительница, если у меня есть крылья? – удивилась Аэлита.

– Потому что крылатому созданию не нужны уроки бескрылых людей, – сказала Церера.

 – Тебе нужны другие уроки, Аэлита. И эти уроки кроме меня никто тебе не преподаст. Смотри.

Церера выпрямила спину, чуть вытянула вперёд шею, приподняла руки. Они тот час превратились в большие белые крылья. Аэлита прижала ладошки к губам и во все глаза уставилась на матушку, которая взлетела над землёй.

– Моя мама – птица! Моя мама – птица! Моя мама умеет летать! – захлопала в ладоши Аэлита. – У меня тоже есть крылья, большие белые крылья, крылья Ангела. Какое счастье!

Церера опустилась вниз, обняла дочь.

– Возможно, ты права, моя девочка, называя свои крылья крыльями ангельскими. Ведь ты – невинное дитя, невинный ангелочек с чистой душой. Храни эту чистоту, Аэлита. Храни нашу тайну. Запомни, если хоть кто-нибудь узнает о ней, мы погибнем.

– Я стану кроткой и немногословной, как велела мне распорядительница, – проговорила Аэлита, глядя в серые глаза Цереры. – Обещаю, матушка, я стану самой верной хранительницей нашей тайны. Вот увидишь.