Град огненный

О! Дай ей волю – она за глаза тебя и женит, и разведет!

– Звонили из миграционной службы, – делюсь я.

С Торием можно быть откровенным. Это странно, учитывая, что еще три года назад мы ненавидели друг друга до зубовного скрежета. Хорошая дружба иногда проистекает из хорошей вражды.

– Это как-то связано с самоубийством Пола? – спрашивает Торий.

– Не знаю. Но мне поменяли куратора.

Торий приподнимает брови.

– С чего вдруг? Ты пропустил плановое обследование? Хотя стоп. Ты ведь ходил две недели назад? И раньше… помню, ты отпрашивался в феврале, когда все работали сверхурочно, а ты сказал…

– Не ходил, – жестко обрываю я.

– Ты врал! – возмущается Торий. – Скотина ты неблагодарная, вот кто.

Нет смысла отпираться.

– Скотина…

– Манипулятор хренов.

– Угу, – я готов провалиться сквозь землю. – Ты можешь что-нибудь сделать?

– И редкий наглец в придачу, – заканчивает он.

Соглашаюсь со всем. Но слова женщины из отдела по надзору не выходят из головы: «В противном случае, мы поместим вас в стационар…»

У меня просто нет времени играть в раскаяние.

– Кого тебе назначили? – спрашивает он.

Оказывается, имя психотерапевта совершенно вылетело из головы.

– Что-то длинное, – говорю я. – Не могу вспомнить точно.

– Тогда тебе ничего не остается, как идти, – злорадно отвечает Торий. – Я твой поручитель, а не психиатр.

– У тебя есть знакомые медики.

Для галочки мне бы подошел любой, но Торий непреклонен.

– Сходи хотя бы раз, а там посмотрим.

Определенно, мир в сговоре против меня.

Поднимаюсь со стула. Взгляд падает на вазу с конфетами и на долю секунды кабинет смазывается и плывет. Я хватаюсь за стол, чтобы сохранить равновесие.

– Все в порядке? – слышу встревоженный голос.

– Да.

Предметы обретают четкость, только в ушах стоит противный звон.

– Уверен?

– Да.

Еда – такие пустяки по сравнению со смертью Пола или необходимостью посещать психотерапевта.

– Ты вообще обедал сегодня? – задает Торий вопрос, который, я надеялся, не задаст никогда.

– Я работал.

– Когда ты ел сегодня в последний раз? – допытывается он.

– В последний раз я ел вчера, – отвечаю послушно и опасаюсь, что ваза с конфетами полетит в мою голову, но Торий просто спрашивает:

– Ты идиот?

И кладет на стол десятку – ровно столько, сколько я передал накануне в бла-го-тво-ритель-ный фонд.