Авария Джорджа Гарриса (сборник)

О, он бы дорого дал, чтобы иметь возможность слить в банку и свой пай! Но, увы, воды у Джавадова не было! Вдруг сержант посветлел, метнулся в угол подвала и молча положил на стол кусочек черствого хлеба.

Капитан Пономаренко понял состояние товарища. Он придвинул хлеб к банке.

– Будем считать, – сказал пилот, – что это наши взносы в пользу слабых. Разбуди народ, старшина, и раздай каждому поровну. – Пономаренко поднял палец: – Учтите, мы уже получили свою долю!

За всем этим уже несколько минут с напряженным вниманием наблюдал проснувшийся капитан Кент.

При последних словах советского летчика он соскочил с нар.

– Пусть меня повесят, если я выпью хоть каплю!.. Вы… вы не знаете, какие вы люди!

Островерхий двинулся с банкой к американцу.

– Нет! – воскликнул Кент. – Тысячу раз нет!

10

Неизвестно, чем бы все это кончилось. Пономаренко, Джавадов и Островерхий настаивали, а Кент не менее решительно отказывался от воды. Проснулись Буйкис с Беляевым.

И в этот момент в дверь постучали.

Все повскакали с мест. Вновь раздался стук.

– Хелло! – прокричал кто-то. – Есть ли здесь живые?

– Наши! – воскликнул Кент. – Это американцы!

Он заколотил в дверь руками.

– Ломайте ее, ребята, ломайте дверь! Здесь свои!

Раздался скрежет взламываемого замка. Дверь распахнулась. В подвал вошли два капрала. В течение нескольких минут в подвале творилось нечто невообразимое. Все кричали, перебивая друг друга и толкаясь, трясли руки американцам, смеялись и плакали. Джавадов выбежал из подвала.

– Кто вы такие? – спросил один из прибывших, молодой парень с военной медалью.

– Русские, друг, – ответил Островерхий.

Капрал расплылся в улыбке. Беляев, Буйкис, Кент тормошили солдат, расспрашивая о положении на фронтах. Капрал сообщил о капитуляции Германии.

– Повтори! – потребовал Кент.

– Русские взяли Берлин. Мы подперли с запада и соединились на Эльбе. Крышка захлопнулась. Конец войне!

Пономаренко закрыл глаза и присел на табурет.

Вбежал Джавадов с ведром воды.

Кент зачерпнул кружку и поднес ее к губам капитана Пономаренко. Тот мгновенно осушил ее. Затем выпил еще и еще. С неменьшей жадностью утоляли жажду и другие обитатели карцера. Ведро быстро опустело. Островерхий вновь наполнил его.

– Кажется, мы пришли вовремя, – шепнул капрал товарищу.

– Здорово же досталось вам, – сказал солдат. – Но теперь все будет в порядке.

– Как у нас в Штатах, старина? – спросил Кент.

Капрал резко обернулся.