Сто причин ответить «нет»

 – Крис все еще обнимал ее одной рукой поперек груди, а вторую положил ей на живот, притягивая к себе.

– Я ведь не для себя, – сдавленно ответила она. – Джун тогда по тебе страдала, я для нее… Паркер!!!

– М-м?

– Посмотри в камеру, пожалуйста, сейчас портрет сделаю.

Он поднял взгляд, и Уитни пару раз щелкнула по кнопке, делая снимки, а потом буквально оттолкнула его и торопливо убрала технику в рюкзак.

– Что ж, до вечера? – чересчур радостно спросила она, но Крису не хотелось уходить от нее так сразу.

Он огляделся и, заметив фургон с мороженым, предложил:

– Может, отметим для приличия? Сто лет мороженое не ел. – Она согласно кивнула, страшно дерганая, и он нахмурился: – Ты в порядке?

Уитни усмехнулась, покачав головой, и шумно выдохнула:

– Прости, не могу прийти в себя. Принц Паркер покупает мне в парке мороженое в честь нашей фиктивной помолвки. Похоже на безумный сон. У меня бывают безумные сны, если наемся сладкого на ночь.

Они остановились у фургона, и Уитни, беспокойно натягивая пальцами шлейки рюкзака на плечах, попросила клубничное, а Крис выбрал фисташковое.

Он чувствовал себя подростком, который привел девушку на свидание. Правда, девушка зачем-то делала вид, что он ей безразличен.

– Не понимаю, как можно любить фисташковое мороженое, – поделилась мыслями Уитни, когда продавец протянул им два вафельных рожка.

– А чем оно тебе не нравится? – удивился Крис, лизнув быстро тающую верхушку.

– Не знаю. Я никогда не пробовала, меня сама идея коробит.

Это же орехи, и цвет зеленый, как у мха. – Она закусила губу, тяжело вздохнув. – Прости, я все не о том. Мы ведь празднуем. Так и быть, уговорил, попробую.

Он недоуменно вскинул брови.

– Никто тебя не угова… – Но Уитни накрыла его руку своей и с каким-то надрывным энтузиазмом облизала его мороженое. Крис чуть не упал. Горло стянуло, как жгутом. Больно было смотреть на нее, поэтому он зажмурился на секунду, услышав:

– О мой бог!!! Это очень вкусно. Почему мне никто не сказал, что это настолько вкусно?!

– Не знаю, может, ты не спрашивала, – севшим голосом ответил он.

 – Забирай, если хочешь.

– Спасибо! А ты мое бери, я не жадина, – заверила его Уитни, производя принудительный обмен. – Как же вкусно! Клубничное тоже ничего, правда?

Он попробовал, и скулы свело от приторности. Через силу проглотив растаявший холод, припорошенный ядерной дозой сахара, он промычал:

– М-м, класс! – и незаметно выбросил остальное в мусорку.