Пятьдесят свиданий с врагом

У нее успешно, неспешно протекал третий год в университете Эдинбурга, в Королевском ветеринарном колледже. Она жила с подругой в уютной квартире на юге столицы, неподалеку от кампуса. Мечты потихоньку сбывались. Пусть и омраченные Тем Самым Днем, который случился два с половиной года назад.

С Тони она пересекалась только в праздничные дни, а в обычные через Уитни договаривалась с ним о визитах к Фрэнку, чтобы не приехать в один день и не столкнуться.

Летом Тони станет бакалавром и посвятит себя семейному бизнесу, продолжит дело отца, развивая сеть инвестиционных и венчурных фондов в Anderson&Son.

Их пути разойдутся окончательно.

Разойдутся навсегда…

Джун страшно скучала по Иден-Парку, но понимала, что никогда не сможет туда вернуться. Это место теперь принадлежит Тони. И никогда не принадлежало ей, как она ни пыталась стать нужной, своей.

Оставалось доучиться, получить диплом и устроиться на работу. Здесь, в Эдинбурге. О возвращении в Штаты речи не шло. Джун не могла. Не хотела. Она вросла корнями в землю, по которой ходил Фрэнк.

Из любимого города ее была не способна выгнать даже ненависть Тони. Даже ее собственный страх перед ним.

Джун не питала иллюзий на его счет: они никогда не станут друзьями, семьей.

Да, Фрэнк сказал бы, что все можно исправить.

Но Фрэнка больше нет. И этого точно не исправить.

***

В столовой главного особняка Иден-Парка было непривычно пусто, несмотря на то что здесь собралось семь человек.

Джун сидела напротив Тони, игнорируя холодный взгляд, который – она чувствовала – распиливал ее пополам.

По старой привычке.

Вспомнилось их самое первое утро здесь, когда она пыталась казаться подкованной в экономике…

Джун печально улыбнулась про себя.

– А почему мы в столовой? – поинтересовалась тетя Летти.

– Фрэнк оставил подробную инструкцию. Он просил, чтобы вы могли выпить чаю.

Летти всхлипнула, и Уитни тут же потянулась к ней рукой, чтобы приободрить. Джун сглотнула ком слез и уставилась на свои сцепленные в замок пальцы.

Пусть бы ей отдали письмо Фрэнка и позволили уйти из этого места, которому она отдала свое сердце, закопав в Изумрудном саду рядом с магнолией Иден. Каждая минута оставляла болезненную отметину внутри, как напоминание о том, что Джун должна исчезнуть отсюда навсегда.

Однако семейный нотариус был здесь не единственным официальным представителем Фрэнка. Вторым оказался мистер Кларксон, психолог.

– Кхм… Кларксон, а вы почему здесь? – раздался сухой вопрос Тони.