Пятьдесят свиданий с врагом

– А если я выиграю?

Он осуждающе покачал головой. Н-да, ну и самомнение у нее все-таки.

– Тогда можешь прыгать вокруг, как Бэмби, пока копыта не собьешь, я и слова не скажу, наоборот… Помогу тебе влиться в местное общество, буду нахваливать перед родителями Криса… Скажу нашему дорогому Кларксону, что нашел ответ на его вопрос – кто ты для меня…

– И кто же? – затаив дыхание, тихо спросила она, и Тони склонился ближе, разливаясь соловьем:

– Ты моя семья. Часть Иден-Парка. Сможешь даже нашу фамилию взять.

Джун Бэмби Андерсон… Хочешь? – Он протянул руку, и девчонка, как завороженная, пожала ее. Это был первый раз, когда Тони добровольно коснулся Джун. Даже челюсти свело, будто лимонного сока хлебнул. Он разбил спор и с показным сожалением вздохнул: – Увы, твоим мечтам не суждено сбыться.

Она, нахмурившись, посмотрела на свою ладонь, которую он только что сжимал, и растерянно спрятала ее за спину. А потом ухмыльнулась. Мерзко, как только она одна умела.

– И кто еще из нас двоих наивный, Тони?

Джун проскользнула мимо него в свою комнату и хлопнула дверью у него перед носом.

Он не знал, с какой радости повелся на провокацию, но в тот вечер он пригласил в свою жизнь дементора. Эту ненасытную вампиршу. Дал ей повод считать, будто ему есть до нее дело. Стал обращать на нее внимание в школе, выискивать глазами.

И… черт. Куда какому-то Эдварду Каллену до Бэмби-Джун. В соревновании на скорость пожирания чужой крови она обошла бы унылого брюнета в первом же раунде.

Джун.

Сейчас

Когда умерла Иден, то Фрэнк разместил вазон с ее прахом в Изумрудном саду за домом, высадив прекрасное дерево магнолии Суланжа. Полгода назад, когда опекун пригласил Джун к себе и сказал, что его сердце совсем обленилось и отказывается перекачивать кровь как следует… В общем, он попросил, чтобы Джун и Тони разместили его прах там же, в Изумрудном саду, добавив второе дерево магнолии. Ветви переплетутся, и таким образом, должна получиться арка любви.

Как это устроить, Джун не представляла.

Тони вряд ли позволит ей участвовать в ритуале летом.

Выйдя из часовни, семейство Андерсонов, включая тетю Летти, ее мужа и Уитни, отправилось в Иден-Парк: нотариус собирался зачитать завещание Фрэнка… А Джун думала о магнолиях и о том, что опекун обещал оставить прощальное письмо. Обещал, что его голос будет звучать в сердце Джун всегда через его последнее послание. Большего она и не просила. Фрэнк подарил ей целый мир, шанс жить так, как хочется.