Легенда о Горностае

Когда-то Учитель странствовал в глуши и повстречал на кладбище женщину, чьих родных постоянно убивали тигры. Она горько оплакивала судьбу своей семьи, но отказывалась уехать из тех мест. Ведь в том уезде не было жестоких властей.

А жестокая власть страшнее свирепого тигра…

От властей отшельник укрылся. Теперь предстояло разобраться с животным.

Старик отступил на шаг, крепко сжимая посох. Начал концентрировать ци в груди и одновременно потянулся за ножом, спрятанным под крышей у входа. Потрясение от гибели клана не прошло даром.

Он никогда не охотился на тигров. Но ему случалось охотиться на людей – а люди куда умнее и опаснее.

Тигрица подняла из мешка морду, белую от муки, и посмотрела удивительно понимающими зелеными глазами.

Теперь он смог точно определить, что это самка.

– Простите, хозяин, – вдруг сказала тигрица, – от голода я обезумела.

Это было уже слишком. Старик не ожидал увидеть у себя тигра – и тем более говорящего.

В груди словно лопнул мешок с холодной водой. И в каждую точку тела, куда попала капля, расцвела боль. Зловещая акупунктура смерти рвала потоки ци в старых жилах, и старик осознал, что волнений на сегодня оказалось слишком много. Нельзя в его возрасте переживать столько неожиданностей за один день.

Он успел напомнить себе, что в оборотнях нет ничего странного. Хитрые и соблазнительные лисы встречались и в этой провинции – и они так и норовили обольстить какого-нибудь студента или младшего чиновника… А в следующее мгновение сухая рука соскользнула с бамбукового посоха и старик рухнул на порог собственной хижины.

Он лежал на земле, придавленный жуткой болью. Пытался собрать энергию, но она словно куда-то пропала. Он не мог даже толком понять, что именно с ним случилось. Казалось, вместе с ци вытекли и все мысли, уступив место боли и ужасу.

Одно было ясно – старику уже никогда не будут угрожать обольстительницы. Да и городские власти уже не смогут ничего ему сделать.

Тигрица подошла ближе. Ее умная морда заглянула ему в лицо.

– Скажите, где мне искать ваших близких? – спросила она.– Я приведу вам помощь.

Было заметно, как тяжело дается этой зубастой пасти каждое слово.

– Все хорошо, – прошептал старик, шаря руками по земле, – можешь съесть меня, как закончится.

Старейшина клана Туманной Горы замолчал, уткнув лицо в пол.