Готические истории из жизни Максима Лестата

Город стоял на окраине культурного прогресса, в нём не было ни пабов, ни клубов специально для готов. Даже тусовочных кладбищ решительно не хватало. А вот школ было полно. И даже если эта сгорит, уцелевших учеников всё равно распихают по соседям.

В тот день, когда случилась битва против сил зла, Максиму было уже лет четырнадцать и он учился во вторую смену. Стояла угрюмая поздняя осень, обглоданные деревья тянули голые ветви к асфальтово-серому небу.

Он и ещё двое из его класса в тот раз задержались в школе.

Никто так и не смог вспомнить причину ? возможно потому, что её не было.

Но вот, наконец, все решили идти по домам. Но когда они уже выходили в тот самый подводный холл, Лестат вдруг ощутил позывы и побежал обратно в глубины школы. Сети фастфуда тогда ещё не проникли в нашу страну, поэтому с бесплатными туалетами было туго даже на главном проспекте.

А когда Максим сделал своё дело и вернулся, оказалось, что Чорба и Иванченко уже стоят снаружи, перед ступенями парадного входа, а старушка-техничка в синем халате запирает двери школы, попутно отчитывая запоздалых учеников:

– И не просите, и не говорите, что «вам сейчас нужно» и «вам разрешили».

Школа закрывается, больше я вас не пущу. Приходите завтра, как все, на уроки. А сегодня всё, никого не пущу, и не уговаривайте. Не будь я Камилла Владовна!

– Да нам и не надо, ? оскалился Чорба.

– И вот не пущу! Не пущу! Даже и не мечтайте!

Запертый в школе Максим тут же приник к стёклам-витринам главного фойе и принялся корчить различные рожи.

Старая техничка его не замечала и продолжала греметь ключами. Так что рожи получались особенно уморительными. Чорба и Иванченко так и покатывались со смеху.

– Нечего ржать! ? крикнула техничка. ? Сказала не пущу ? значит, не пущу!

– Ну ладно, ладно, ? давясь от смеха, произнёс Чорба, и они вместе с Иванченко пошли по домам, куда-то в сторону областного психдиспансера.

А Лестат остался. Лишившийся аудитории, он отошёл в глубины фойе и задумался: что бы такое хорошее сделать, чтобы всем плохо стало?

Ещё ни разу в жизни его, совсем одного, не запирали в школе.

И в этом новом опыте был свой прикол.

Из фойе он ушёл сразу ? слишком сильно пахло от этого места неприятными воспоминаниями. Даже не задумываясь над маршрутом, он свернул в светлый, как детство, коридор первого этажа, где учились младшие классы. Раскинул руки и побежал, гудя, как самолёт. Сейчас, наедине с громадиной школы, он снова был готов подурачиться.