Глазами волка

– А в Меотийском царстве они разве не помирились,– удивился Лик,– Двести лет после той свары прошло.

– В Меотийском царстве три гвардии – скифская, сарматская и фригийская. На их взаимной ненависти держится всё государство. Потому и не свергают династию, что узурпатора будет ненавидеть две трети из всех отборных войск.

– Получается, даже если гвардейцы-скифы взбунтуются…

– Они не взбунтуются. Где это видано, чтобы скифы бунтовали против богатой добычи?

– Я уже начинаю думать,– произнёс Лик,– что царя Палака ничто не остановит.

Было немного забавно планировать судьбы царств в подвальной комнатке чужого трущобного дома, где между стен скребут крысы, а вино кислее незрелого винограда.

– Придётся искать союзников за пределами полуострова,– заявил Маэс.

– Роксоланы?– встрепенулся Лик,– С роксоланами царь Палак уже договорился.

– Роксоланы не подходят, у них флота нет. А без флота Таврию не удержишь.

Маэс начертил линию ниже полуострова, почти по краю стола.

– Здесь – Понтийское царство. Они уже присылали посла и готовы помочь. И это – главная угроза. Потому что Перисад в Меотии – он просто дурак. А вот Царь Морей, что правит из Синопа – совсем не дурак. Все соседи, кто не согласился стать союзниками – сделались его провинциями. И он только и мечтает, чтобы пролезть на наш полуостров. Понтийцам принадлежит Фригия, а сами они – гераклейского рода.

– Ну, он может попытаться,– Лик мало что знал по Понтийском царстве, кроме того, что оно славное и могучее,– Армия есть, флот есть. Если, как ты говоришь, повод для войны больше не нужен…

– Всё хуже! Всё намного хуже! Царь Понта опасней для Херсонеса, чем скифы и меотийцы вместе взятые!

– У него есть… летающие корабли?– предположил Лик.

– У него есть союзники. В каждом городе – и в Меотии, и в Киммерии, и даже в городах вольного Херсонеса – живут сотни людей, которые устали от местных дураков и готовы служить понтийскому деспоту! Вот что страшно! Да.

На этом месте Лик подумал, что он и сам не прочь повоевать за добычу. Жалование солдата – всегда скудное, а добыча – сколько унесёшь, всё твоё.